Семь дней

День второй

Воскресенье

6

Почти до половины четвертого он просидел в соседней спальне, изучая материалы дела Ханнеке Слут.

Куртку он снял и повесил на крючок за дверью, расстегнул рубашку и закатал рукава. Работать с делом пришлось за туалетным столиком, сидя на табурете. Но сначала ему долго не удавалось сосредоточиться, потому что он думал об Алексе. «Они смотрели сквозь меня». Как она может так думать? Ведь он своими глазами видел, как ей все обрадовались. Она держалась легко, непринужденно, казалось, ей весело и хорошо.

И все же в ней тоже есть червоточинка… Она не уверена в себе. Всю жизнь она мечтала петь, добиться успеха, не слишком веря в него. И муж, который ей изменял, нанес ей огромный ущерб. Да, он изменял ей – а потом его убили, что тоже не способствовало повышению ее самооценки. И все же больше всего ей навредил алкоголь. Четыре месяца воздержания пошли прахом. Теперь ей придется взглянуть в глаза собственной слабости и осознать, что она недостаточно сильна.

Она тихонько пела «Пресную воду», и в душе у Гриссела все переворачивалось. В ее голосе угадывалась тоска, тоска по прошлому, когда все было хорошо и правильно. А он знал – прошлое уже не вернешь, как ни старайся. Вот почему в тот миг ему хотелось заплакать вместе с ней. Ущерб не поправишь уже никогда.

Он не мог забыть и ее губ, от которых так маняще пахло спиртным. Боже, этот запах сводил его с ума! Когда Алекса целовала его, он думал вовсе не о том, как ему хочется заняться с ней любовью – хотя ему хотелось заняться с ней любовью.

В голове прозвенел сигнал тревоги: берегись, с такими мыслями недалеко до беды!

«Будь осторожнее, Бенни, ты не продержался еще и года. Два алкоголика… риск удваивается».

Доктор Баркасен – умный человек. Но теперь Бенни есть что ему ответить. Он скажет, что сегодня ему было еще одно откровение, он кое-что понял. Когда укладывал Алексу спать и укрывал ее. Он испытал держав. Ведь ему уже приходилось все это переживать, только с другой стороны. Он много раз валился на кровать мертвецки пьяным, а его бывшая жена Анна укрывала его одеялом. Она укладывала его спать сочувственно, терпеливо и с любовью.