Смятый лепесток

Меня эта перспектива не грела, и я ни разу так и не вышла за пределы особняка, пока…не возникла острая потребность. А сама немного успокоилась, понимая, что этот надзор уменьшает шансы Дмитрия напасть на сестру.

Завтрак – та часть дня, которую глава семьи требовал от всех проводить вместе. Ни одна из причин уважительной не считалась, чтобы сметь отсутствовать. В какой-то степени я ему даже благодарна, он привил нам много полезных привычек, среди которых и ранние подъемы. Гарик Арташесович Спандарян был глубоко верующим человеком – он верил в собственную правоту, безгрешность и вседозволенность.

Перечить ему – себе дороже. Я пока таких смельчаков не встречала. И ровно в половину восьмого мы собирались за столом, накрытым Лимой.

Стол ломился от вкусностей, среди которых каждый присутствующий находил свои любимые блюда. Я обожала разные каши с натуральным сливочным маслом, и когда передо мной поставили дымящееся лакомство, приготовилась с аппетитом поглотить всю порцию. В какой-то момент что-то пошло не так.

Привычный молочный аромат показался мне настолько инородным, что я отставила тарелку в сторону. Потянулась к свежим булочкам, от них всегда приятно пахнет.

И тут Лима принесла отцу омлет.

Меня феерично вывернуло наизнанку – и шага не успела ступить. Скудное содержимое желудка теперь отвратительными пятнами красовалось на части скатерти и ковре. Я растерянно моргала, пытаясь восстановить дыхание.

– Ой, ты заболела?.. – наша невестка подала голос, в котором стоял испуг – переживать, находясь на пятом месяце беременности, закономерно.

– Это, видимо, из-за стресса. Бывает, что после пережитого потрясения проходит достаточно времени, прежде чем последствия сбоя дают о себе знать. У меня тоже так было, помните? После Сони… – Диана нахмурилась и помогла мне встать. – Лим, сделаешь чай с травками? Тот, что мне заваривала? Помогало.

– Конечно, принесу в комнату.

Даже в таком состоянии я обратила внимание на то, как повзрослела сестра за прошедшие полтора месяца.

Будто мое исчезновение поставило точку в формировании зрелой личности. А началом, – увы, – был уход Сони.

От аромата «спасительного» чая меня стошнило второй раз. С той лишь разницей, что до туалета я добежать все же успела. Весь день пролежала в постели, теряясь в витиеватых мыслях. А вечером, когда отец вернулся, а мне передели, что он зовет в кабинет, я кое-как собралась и спустилась.

Первая пощечина настигла сразу после закрытия двери.