Хроники ICA

Порой мне кажется, что прохожие на улице шарахаются от меня, опасаясь подхватить какую-либо мерзость, что с рук ручьями стекает кровь всех, кого мне пришлось ликвидировать «для блага человечества» (на мой взгляд, мифического). Вот почему многие мои коллеги, естественно те, кто выживал после заданий, спивались, становились наркоманами, кончали жизнь самоубийством, влачили нищенское существование, перечисляя все на благотворительность. Мой предел уже наступил. Я больше не мог работать, а ведь мне было всего 29 лет, и служил я 8 с хвостиком.

***

Санкт-Петербург, Россия

Тот же день. 22.45

Встреча с Виктором Шелтоном, для своих просто Виком, была назначена на 23:00 в неплохом баре с видом на Неву. Я, как всегда, явился пораньше, взял себе рюмку ликера и принялся ждать. Ровно в 23 часа в бар вошел Шелтон, повесил свое серое пальто рядом с моим плащом и бросил на столик пачку «Голуаза», довольно приличных французских сигарет.

– Еле успел. Такие пробки, просто ужас.

– Езди на метро. Дешево и пробок не бывает.

– Все еще остришь. Ладно-ладно. Рад тебя видеть, старик.

Со стороны можно было подумать, что два старинных приятеля, что, собственно, так и было, встретились в баре и трепались о жизни, но на самом деле мы говорили несколько о другом:

– Ладно, Вик, что за ерунда случилась. Мне даже отчет закончить не дали. Хаббард говорит, езжай, мол, и баста.

– Поступили сведения об утечке крайне важной и секретной информации.

– Какого сорта?

– Ядерное оружие. Сведения поступили из небольшой базы смешанного контингента под шифром П-513-44-37, расположенной в глубинке, в городке, название которого тебе все равно ни о чем не скажет. Достопримечательность этой базы в том, что не далеко от нее находится хранилище снятых с вооружения, но еще не утилизованных ядерных боеголовок и патронов с обедненным ураном.

– А я при чем? Что, нет никого из 3R, кто мог бы скататься на эту базу.

– В том-то и дело. Утечка происходит на самом высоком уровне, тем более что пропавшая информация может угрожать всему миру.

– А что пропало-то?

– Выяснишь на месте. Русские никого из ICA не допустили к расследованию, засекретили материалы и проводят собственное следствие. Аналитики лишь предполагают, что дело касается этого самого хранилища. А поскольку оно принадлежит России, а не Альянсу, то русские и забегали.