Хроники ICA

 – Сказал я и отсоединился.

Вставать с теплой постели не хотелось, но я усилием воли заставил себя сделать это. Я довольно быстро отыскал брюки и рубашку. Пиджак затерялся где-то под кроватью, а кобура висела на зеркале. Одевшись и приведя себя в порядок, я отправился выпить кофе. Едва я вышел из спальни, как в нос мне ударил приятный аромат свежеприготовленного завтрака. У меня от этого запаха сразу потекли слюни, я вспомнил, как долго я не ел нормальной домашней еды, а питался в ресторанах и глотал безвкусные таблетки «Энергона».

– Доброе утро. – Поприветствовала меня Диана, – Завтрак уже готов. – А потом шутя спросила, – А ты вообще дома бываешь?

– Да, а что, – Удивился я.

– Просто спросила. У тебя в холодильнике как в пустыне. Только какие-то таблетки и полуфабрикаты.

– Мне срочно надо уходить. Дела. Бумажная волокита…Ну ты в курсе – Сказал я и чмокнул ее в щечку, – Я скоро вернусь, так что не скучай. Из квартиры ни на шаг, на телефонные звонки не отвечать.

– Ясно. Второй пистолет в коридоре на полочке.

Таблетки не ищи, – Остановила она меня, когда я полез в холодильник за дозой «Энергона», – Я их выбросила.

А вот это было уже интересно. Мы только начали отношения (увы, с банального секса), а она уже ведет себя у меня дома абсолютно по-хозяйски. Но меня это не раздражало, напротив, было приятно, что впервые за 29 лет обо мне кто-то заботился.

Уже в дверях Диана остановила меня, провела нежной ручкой по моему огрубевшему лицу, поцеловала и самолично поправила кобуру.

– Будь осторожен. Ты мне нужен живой и здоровый.

– Постараюсь, милая, – Ответил я и напомнил, – Помни, отсюда никуда.

Точно следуя всем указаниям Алехандро, я добрался до заброшенной лесной избушки. Это было покосившееся и обветшалое от времени строение. На пороге стоял Вега, кутаясь в такой же, как у меня плащ, чтоб защититься от холода и сырости.

– Наконец-то, пойдем. – Он вошел в избушку, я следом. Изнутри хижина производила еще более удручающее впечатление, чем снаружи. Давно не мытый пол покрывал толстый слой грязи и пыли, а кое-где и кровавые пятна.

Единственным источником света служила старая лампа, лежавшая в углу. Посреди единственной комнаты, на крюку, на котором раньше висела лампа, висел наш пленник. Все его лицо представляло собой один сплошной синяк, нос неестественно свернут налево, явно сломан. Рядом с ним стояло, полное воды, жестяное ведро. Алехандро поднял его и выплеснул воду на пленника. Тот пришел в себя и застонал.