Хроники ICA

– Теперь, Диана, слушай меня внимательно. – Начал я инструктировать журналистку. – Сейчас мы вместе выйдем из дома, садимся по машинам и едем ко мне домой. В подъезде тебя ждет не особо приятное зрелище, но постарайся не обращать на это внимание. Нам дорога каждая минута. Ты, кстати, водить умеешь?

– Да, но моя машина на стоянке.

– Внизу стоят две. – Я протянул ей ключи от своей машины. – Сядешь в серебристый «БМВ».

Она кивнула.

– Тогда пойдем.

– Эй, ты что? – Остановил я ее, когда Диана начала одевать ландышевого цвета пальто.

Я, как можно тише, открыл входную дверь и осмотрел лестничную площадку. Удостоверившись, что на ней никого нет, я подал Диане знак выходить. Пару этажей мы прошли спокойно, но, когда мы дошли до первого трупа, Диана чуть не сорвалась. Она едва не закричала при виде мертвого тела и лужи крови.

– Только не кричи. – Шепнул я ей на ухо и прижал ее лицо к себе, закрыв от нее пиджаком картину смерти.

Все время пока мы спускались, из-под моего пиджака доносилось чуть слышное всхлипывание.

До моей квартиры мы добрались без происшествий. Уже внутри я заметил в каком плачевном состоянии сейчас Диана, она была очень бледной, тушь растеклась, руки мелко дрожали.

– Ужасно. – Сказал я

– Я…Мне надо…

– Умыться и привести себя в порядок, потом выпить кофе и, вот увидишь, все будет в порядке.

Диана хлюпнула носом и, вместе с сумочкой, скрылась в ванной. Я же сварил кофе, добавив туда немного коньяку, и пытался придумать правдоподобную историю, но ничего придумать не мог. Выкурив подряд сигарет пять, я родил очередную сказку. Малоправдоподобную, разумеется, но для провинциальной журналистки на гране нервного срыва должна была подойти.

– Скучаете, капитан? – За спиной у меня стояла, преобразившаяся в красавицу, Диана с еще мокрыми после душа волосами.

– Присядь, мне надо тебе кое-что объяснить… – я и сам не заметил, как перешел на ты.

– Да уж, – Согласилась она. – Объясни, зачем ты носишь в кармане плаща пистолет с глушителем, что ты устроил у меня в подъезде и зачем выдернул меня из моей квартиры.

– Тебе угрожала опасность. Те люди, которых я убил, что-то от тебя хотели, не знаю, что.

– Но почему? Я ничего не знаю, ничего не сделала.