Трансформация

А уже через секунду, несмотря на ночные конвульсии, я провалился в сон – настолько глубокий и крепкий, что казалось, я погрузился в тёмное, вязкое ничто, которое выплюнуло меня обратно в мир только часов через двадцать.

А вот когда я открыл глаза и стёр с лица собственные слюни, меня уже было не узнать.

Я был совершенно другим человеком – мало чем походившим на старого себя.

Как позже предположил Профессор, экстраординарная нейропластичность не оставила камня на камне от моей прежней личности.

Ещё примерно пару часов после пробуждения я явственно ощущал эту перемену.

Своеобразное чувство дежавю – я снова смотрел на всё вокруг совершенно по-иному. Эффекты в сравнении с первой инъекцией увеличились в разы, и мне уже казались смешными вчерашние пределы моих способностей.

Иллюзия совершенства.

Взглянув на часы, я понял, что проспал всю ночь, утро, день и даже вечер, поэтому, как встал, вернул матрас к стенке и сразу принялся за дело.

Я знал, зов подсказывал мне – только так я могу всё изменить.

Мне казалось, что я вижу в потухшем экране выход.

С каждой секундой мой мозг работал всё лучше и быстрей. Поэтому за какие-то пять часов я фундаментально переработал всю ту схему, над которой трудился весь вчерашний день и почти полгода до этого. Я переписал бо?льшую часть кода, усовершенствовал алгоритм, увеличил количество ботов, докрутил их паттерны поведения и нашёл способ точечно влиять на статистику определенных слот-машин.

Это делало мой сценарий практически незаметным.

Перед началом взлома я на всякий случай всё перепроверил, пошарил в кодах ещё пары найденных в сети слот-машин и для верности протестировал это дело на эмуляторах. А потом, не затягивая, провернул уже в реале.

Пока ждал завершения сканирования, взлома и инъекции я даже нервничал слегка. Но это была не холодная нервная тоска, как раньше, а лёгкое возбуждение вперемешку с азартом.

Но пока я занимался этим делом, в моей башке будто что-то тикало. Чувствовал, как в мозгах крутятся шестеренки, которые без моего ведома всё это время сплетали имеющиеся идеи и мысли в новые концепты.

Глобальная инвентаризация – можно так это назвать.

Так что, когда закончил со взломом, я уже четко знал, что делать дальше.