Пророк

Я со всеми должен поддерживать положительный контакт!

Интересно, может у нас один и тот же мозгоправ? Мой тоже всякую чушь несёт.

Кери берет в руки наполовину пустой стакан из-под соковыжималки и только что разрубленный апельсин и поворачивается к нам:

– Вот смотри, какая деформация произойдёт, если ты продолжишь в таком духе. Представь, что это твои хуэвос.[8 - Huevos (исп.) – яйца]

С остервенелым видом она сминает половинку апельсина – из сочной мякоти вырываются струи сока.

По лицу Нельсона видно – картинка расправы над его хуэвос стоит у него перед глазами. Он обречённым голосом произносит:

– Детка, это жестоко…

Выжав всё до последней капли, Кери идет к раковине, чтобы смыть апельсиновый сок с руки, покрывшейся вздувшимися венами, и говорит:

– Я тебя предупредила.

Нельс поворачивается ко мне и, глядя большими черными глазами, спрашивает:

– А ты будешь любить меня с деформированными хуэвос?

– Брат, если она сделает это с тобой, – отвечаю ему, – я дам тебе номер знакомого хирурга. Сам сможешь выбрать себе хуэвос на любую форму, размер и цвет.

– А я думал, ты отомстишь за меня, – делает ещё более унылую мину.

– Нельс, ты видел её руки? Я к ней больше близко не подойду.

Зачем ей вообще соковыжималка? Она и так справляется отлично. Я перевожу взгляд на Кери – она, вытирая руки, подходит к электроплите и заглядывает в шипящую сковороду. Она говорит:

– У тебя здесь скоро всё сгорит.

Нельсон, как ужаленный, оборачивается:

– Точно!

И уже через секунду снимает всё с конфорки.

– Керюшка, тебе сделать? – спрашивает он, перекидывая лопаткой подгоревшие тосты в черную, глазурованную тарелку, с отблесками светлой кухни на гранях.

– Не, я соком обойдусь, – отвечает она. – Меня до сих пор мутит после вчерашнего, – снова включает соковыжималку и кричит мне через плечо: – А ты, Джейк? Сок будешь?

Я отвечаю:

– Не, предпочёл бы молоко!

– Молоко, так молоко! – перехватывает Нельсон.