Белый Лис на большой дороге

Очередной удар пришёлся в голову сбоку – от такого удара Маргарита зашаталась, окровавленное лицо Марка расплылось в победоносной ухмылке – и тут же в это лицо прилетел ещё удар. От такого мальчишка озверел и накинулся на девчонку с удвоенной силой – теперь по-настоящему, всерьёз – они сцепились и покатились по земле. Маргарита думала о том, что всё-таки не заслужила такой ранней смерти – чувство несправедливости злило, и злость придавала ей сил.

Они не заметили, как воцарилась тишина – утихли крики зрителей, а потом на пути осатанелого клубка – состоявшего из Марка и Маргариты – оказались чьи-то ноги в начищенных ботинках.

– Ой, – ойкнула Маргарита.

– Ты мешаешь. Проваливай!.. – рявкнул Марк грозным голосом, но тут же осёкся: сверху вниз на них смотрел человек с длинными белыми волосами и в чёрных одеждах – профессор богословия Авель Влас. Маргарита знала, что он ведёт у старших классов литературу. Профессор молча взял их обоих за уши и провёл так по всему лицею – и не куда-нибудь, а в приёмную директора.

– Этого ты хотела? – негромко спросил Марк, когда они остались одни.

– Заткнись.

– Отвечай, когда я к тебе обращаюсь, – сказал Марк голосом, не терпящим пререканий. – Этого ты добивалась?

– Иди ко всем чертям.

– Мало я тебе всыпал. Ты создала проблемы для нас обоих. Нормальные люди так не делают.

Она промолчала.

– Мне омерзительно смотреть, как ты корчишь из себя оскорблённую невинность. – сказал он Маргарите.

Она подумала, что действительно виновата: вот так просто испортила день другому человеку.

Пускай он отказал ей, пускай, но ведь на самом деле он нравился многим девчонкам. Маргарита знала, что это так – но раньше предпочитала сама себе врать. Марка любили многие – он игнорировал их всех, он просто не обязан был любить всех в ответ, и тем более – не обязан любить её.

Ну да – у неё с самого начала не было шансов.

– Прости меня, – буркнула Маргарита.

– Ты меня тоже прости, – спокойно сказал Марк.

Потом что-то скрипнуло, зашелестели занавески и подул свежий ветер: на секретарском столе как птицы крыльями хлопали бумаги, прижатые тяжёлым пресс-папье.

Это был Яков – он залез к ним через окно и заявил:

– Большая дружба начинается с малого рыцарства.

Ему дружно посоветовали заткнуться.

– Знаешь, – сказал Марк, вытирая кровь, – Эта девка редкостный дурень, но мне нравится её запал. С этого дня предлагаю считать её парнем и относиться соответственно. Никаких поблажек.