Трое в штатском. Книга вторая

Мы подъехали к той самой выставке, на которой я была вчера. Повсюду лужи, машины, пожарные, милиция, скорая, дым, пахнет гарью, ходят люди, собралась целая толпа зевак. Звездин остановился в стороне, ближе мы бы и не смогли подъехать, меня совсем не замечает. Я вжалась в сидение, жду, когда он меня заметит и спросит, откуда я тут взялась. Внезапно хлопнула задняя дверца, к нам кто-то подсел.

– Ну что, Сев? – Не оборачиваясь, спросил Звездин.

– Номер ноль, – коротко отозвался мужчина.

– Давненько, – вздохнул Звездин.

– Да, – согласился мужчина.

– Слишком нагло. А может «мажор»?

– Может.

– Ладно, – Звездин замолчал. Он думал и ему никто не мешал. Спустя минуты две, он произнес: – Давай-ка, Сев, по первой категории покачай, а там видно будет.

– Понял.

Больше они не говорили. Мужчина молча вышел из машины, закрыл дверь. Несколько минут мы сидели молча, затем Звездин повернул ко мне голову, улыбнулся… может я чего-то не понимаю?

– Кажется, я испортил вам вечер, – сказал он, не теряя своей грустной улыбки.

– Я могу сама…

– Да нет, – он торопливо перебил меня. – Я уже свободен. Нам нечего здесь делать. Если уж я мог испортить вам настроение, то, похоже, я с этим справился.

Я повернула голову в сторону выставки. Пожарные, не торопясь, скручивали шланги, некоторые курили. Похоже, ажиотаж уже спал, и печальное событие стремительно погружалось в пучину все пожирающего прошлого.

– Кто там погиб? – спросила я.

Звездин ответил не сразу. Некоторое время он задумчиво смотрел на меня, затем отвернулся, завел двигатель и тронулся.

– Что случилось, то случилось, Василиса Васильевна, – произнес он. – Есть вещи, которые не возвращаются и не поправляются, о них просто не надо думать.

– Вера, – сказал я то, что не хотела слышать и думать.

– Я отвезу вас домой.

– Боже мой, – я еще не до конца осознала всего того, что сегодня случилось, но уже была уверена, что, наверное, мне сегодня будет плохо. Мне уже плохо.

– Что поделаешь, – Звездин кашлянул.

– Я ее даже не знала. Я видела ее раз в жизни, но она была такая… – я замолчала не находя слова.

– Живая, – сказал Звездин. – Она всегда была живая… Василиса, попытайтесь просто не думать об этом. Ой беда, ну зачем я вам сказал…

– Вы не в чем не виноваты, – отрезала я. – В подобных вещах никто не властен. Успокойтесь.