Счастливое недоразумение

– Это ведь… было просто предприятие, разве нет? Нигде не видно никаких предупреждающих знаков.

– Потому что их снесло взрывом бомбы.

Сэйди не могла понять, хочет ли он наказать ее за то, что она ушла тогда, или в самом деле не узнал? Неужели она так ординарна, что ее легко забыть?

– Прошу прощения, я этого не знала, – просто сказала она.

Зак окинул ее взглядом с головы до ног. Как он поступит дальше? У нее сложилось впечатление, что милой дружеской беседой дело не ограничится. Кровь бросилась ей в лицо.

Мысленно проклиная свою способность краснеть от смущения, Сэйди гордо вздернула подбородок. Даже если он ее не помнит, она найдет способ добиться того, что ей нужно.

– Как видите, здесь пожароопасная зона, требующая тщательного исследования.

Сэйди усмехнулась этой нескладной отговорке:

– Я и близко не подходила к очагу возгорания. Я была на парковке с другими людьми.

Мужчины вокруг оживились, словно смущенные ее храбростью, но Зак стоял на своем:

– У вас есть журналистский пропуск?

– Что?

– Журналистский пропуск, – тщательно выговаривая каждый слог, повторил он.

Было видно, что он едва сдерживается. – А разрешение на съемку места происшествия?

– Нет.

– Стив, проводи леди к ее машине.

Сэйди встревоженно посмотрела ему в глаза, недоумевая, неужели он намерен вышвырнуть ее отсюда?

Зак шагнул к ней, так что она почувствовала запах его одеколона. Его пальцы, тщательно изучавшие ее тело той давней ночью, схватили ее за подбородок и заставили выше поднять голову.

Сэйди не оставалось ничего другого, кроме как посмотреть ему в глаза. Сердце отчаянно колотилось в груди, но она не знала, был ли страх тому причиной или близость Зака.

– Советую держаться подальше от места, к которому не принадлежишь.

Когда Сэйди шагала в сопровождении охранника к своей машине, в ее голове крутилась лишь одна мысль: Зак ее все же помнил…

Стоя за своим письменным столом, Зак Гатлин задумчиво смотрел на огромный монитор компьютера.

Откуда она явилась? Нужно ли ему это знать?

К несчастью, да.

Как бы отчаянно ему ни хотелось забыть о рыжеволосой красавице, которую он уложил к себе в постель, воспоминания о том, как она хороша в постели, слишком часто всплывали в его сознании. Так же как и ее любовь к закатам, природе и людям – ее артистическое видение мира научило его различать прекрасное, о существовании которого он забыл во время войны.

Потом без всякого предупреждения она ушла.