Простушка. Роман

Занятие, учеба, зубрежка – и так по кругу, никакого общения, даже с красноречивым южанином, не важно, что в его присутствии я чувствую себя легко и беззаботно, и что он заставляет меня смеяться. Все это ошибка. Если бы я отказалась, если бы я не приехала в этот ресторан, я бы не встретила здесь Келси, и все было бы хорошо. А что теперь? Очень медленно я передвигала ноги, и к тому времени как я подошла к нашей кабинке, повесив на лицо улыбку, забралась на свое место, вязала куртку и сумку:

– Спасибо за ужин, – сказала я, глядя на его грудь и татуированные предплечья, лежащие на столе, главное – не смотреть ему в глаза.

 – Мне лучше вернуться, – я вздохнула. – Завтра первый учебный день, плюс работа.

Я встала, надела куртку и стала нервно теребить сумочку. Я чувствовала на себе его взгляд, но не могла собраться с силами и посмотреть на него в ответ.

– Грейси, у тебя все хорошо?

Хриплый, слегка тревожный голос, оторвал меня от сумки, и я подняла на него быстрый взгляд. Его брови были сведены вместе, глаза сужены так, что кожа вокруг глаз былаиспещрена морщинками.

Он не поверил мне, я это знала. Тонкий звук вышел из моего горла, который был больше похож на сдавленный смешок:

– Я думаю, что просто устала и немного волнуюсь перед первым днем. Понимаешь?

Я снова стала теребить сумку, затем поправила джинсы, пригладила влажную блузку, посмотрела вниз на свои пальцы, уютно устроившиеся в сандалиях, глянула в окно, а потом просто… Просто развернулась и пошла к выходу.

Бракс даже не сдвинулся с места, а мне срочно нужно было убраться отсюда.

Как только я дошла до двери, татуированная рука Бракса оказалась передо мной и открыла дверь. К его чести, он ничего не спрашивал, но я чувствовала нависшие над наминезаданные вопросы. Он знал, что я расстроена, и я могла только молиться, чтобы он просто ни о чем не спрашивал.

Как раз в тот момент, когда я надевала шлем, а Бракс уже сидел на байке, через тяжелый, влажный воздух парковки, до меня донесся голос.

Этот голос пронес холодную волну страха по моей спине:

– Эй, Ливви, увидимся в университете, да? – сказал Келси Эванс.

Мои глаза метнулись в сторону голоса, и я увидела Келси, стоявшего в дверях своего грузовика. Это был все тот же большой, черный уродливый Форд, на котором он ездил встарших классах. Молниеносно я отвернулась от него, от его грузовика, ужасных воспоминаний, которые бурлили во мне: страх, отвращение, стыд.