Калининград. Заметки поехавших

Обойдя автомобиль по песку, мы зашли внутрь.

Конечно, с наблюдательного пункта батареи узреть что-то стоящее уже не получится: к берегу нанесло столько песка, что без семиметрового перископа команде вряд ли можно было бы обойтись. Но объект был занимательным. В первую очередь за счет фотографий, развешенных внутри в рамках фотовыставки «Боевые действия на косе Фрише-Нерунг». Для тех, кто, как и мы, в истории несилен, поясню, что на черно-белых кадрах предлагались к обозрению фрагменты операции советских войск с высадкой десанта на побережье Балтийской косы 26 апреля 1945 года.

Фрише-Нерунг – ее немецкое название.

В П-образном пространстве пункта отсутствовало освещение, и, чтобы рассмотреть экспозицию, приходилось подсвечивать работы телефоном – очень оригинальный и атмосферный способ подачи информации. Правда, было одно но: прочувствовать эту самую атмосферу в полной мере мешал собственный слух. Ведь единению со страницей истории препятствовал с пяток детей, на вид младших классов, рты которых не затыкались.

В потемках они не разговаривали, не изучали выставку, они просто носились кругами и орали, причем их вопли дополнялись внушительным эхом. В это время их родители невозмутимо разлагались на привезенных стульях, будто нас с ними и не было.

Бегло осмотрев карточки, мы покинули царство столь приятной прохлады.

Лямки моего рюкзака были насквозь сырыми от пота, он же то и дело стекал по вискам и заползал в глаза. Тем не менее Балтийское море было как никогда близко. Мы его слышали и уже были готовы к встрече.

Оставался вопрос: как перемахнуть через достаточно крутую гору белого песка?

Жена предложила ни секунды не тратить на поиски более пологого подъема, а вскарабкаться прямо по ней. И пусть отвесность горы оставляла шансы на успех, мыслью я загорелся не сразу. Я рассудил, что попытка как минимум не требовала новых решений от спекшегося мозга, да и, как следовало из поговорки, не являлась пыткой. Плюс перспектива преодоления препятствия с негарантированным результатом всегда вселяет некий азарт.

Я уже начал было подъем, когда понял, что мы не учли крайне важный момент. Ведь сетчатые кроссовки, которые знакомить с дюнами ой как не хотелось, давно перекочевали с ног на руки (то есть в руки), а пройти босыми по «облученной» горе песка не представлялось никакой возможности.

Решение у задачи имелось, однако единогласного одобрения не получило: предстояло, ступая на новое горячее место, ввинчивать стопу в прохладный песок.