Реквием по Союзу

"Была не была! ", – подумал он, и быстрым шагом направился к её дому, возле которого оказался минут через пятнадцать.

Булавин ещё издалека стал всматриваться в знакомые окна квартиры Яны Ростовской. Какое-то непонятное предчувствие охватывало его все сильнее. В её окнах не было света. Немного постояв в нерешительности у подъезда, Дмитрий открыл дверь. На лестничной площадке третьего этажа было темно. Парень на ощупь нашёл дверной звонок и вдавил в него указательный палец. Так он звонил около минуты, пока не услышал весёлый смех, доносившийся откуда-то с верхних этажей.

"Она там?", – мелькнуло на секунду в его голове, – «Да нет, не может этого быть. Яна не такая» – подумал он, невольно поднимаясь по лестнице. На седьмом этаже отдыхала весёлая компания из двух девушек и четырёх парней. Скользнув по ним быстрым взглядом, Дмитрий выдохнул с облегчением. Яны среди них не было.

– Салют, ребята! – поздоровался с ними Булавин.

– Привет! – ответил нагловатым голосом пацан, сидевший на лестничной ступеньке.

Одной рукой он обнимал подвыпившую девицу, а в другой держал гитару. В глаза бросались его большие кулаки с мозолистыми костяшками пальцев. Звали парня Михаил Осинов.

– Миха, знаешь его? – спросила Осинова его подруга Эльмира Тукаева.

– А, кажется знакомое лицо. Эля, помнишь, я тебе рассказывал, как весной с нашими старшими подрался дембель? – ответил вопросом на вопрос Михаил.

– Ну да, было дело.

– Так вот он и есть этот дембель.

– Да? – произнесла удивлённым голосом девушка.

Остальная часть компании располагалась тут же между этажами, с интересом слушала разговор.

– Ребята, вы случайно не знаете, куда пропала Яна с третьего этажа? – спросил Булавин.

– Уехала она. – ответила Эльмира.

– Куда?

– Откуда мне знать? Она не сказала. – на лице девушки появилась ехидная улыбка. – Видела только, как Ростовская с чемоданами садилась в такси.

Глава 2. Пой гитара

1 мая 1988 года.

– Стоп, стоп, музыка, остановите этот ритм! – мелодичное пение эхом разлеталось по широким дворам.

На скамейке, в тени высокого тополя, возле подъезда обычной советской панельной девятиэтажки сидела беззаботная девчонка восемнадцати лет. Закинув ногу на ногу и немного согнувшись, она тонкими пальчиками ставила аккорды и напевала дворовые песни. Длинные густые чёрные волосы ниспадали на её округлые плечи и немного прикрывали высокие скулы на красивом лице.