Антимаг. Симбиоз

Сплюнув тягучую слюну, Лёха утёр рот и продолжил:

– Много. Семь или восемь. Сразу… кинулись. Убили… – Лёха дрожащей рукой указал на трупы молодых магов, не переживших вечер инициации, – …потом…

Он взялся за виски и застонал, будто от боли.

– Не помню, – проговорил Стриж, словно через силу. – Очнулся тут.

– А где остальные? – требовательно спросил Змей.

– Сожрали… – Лёха опёрся рукой об пол и изобразил рвотный спазм.

– Сожрали? – не понял допрашивающий его Змей. – Что ты несёшь?

– Помню, как они распахнули пасти… – дрожащим голосом, глядя перед собой взглядом умалишённого проговорил Стриж.

Он содрогнулся, игнорируя громкий хохот Белочки в голове.

Этот бред он нёс намеренно, не особенно заботясь, поверят ли хоть одному слову. Но просто так сбросить со счетов демоническую природу нападавших Змеи не смогут. В конце-концов, налёт начался с героически десантировавшегося цербера, а кто-то из выживших обязательно расскажет, как превращались в ледышки некоторые из убитых.

Кто поручится после этой сумасшедшей ночи, что некие загадочные, неизвестные доселе существа способны не только летать и игнорировать магию, но и жрать людей вместе с бронёй Древних?

Ещё одна загадка врагу, которую не разгадать, а вот нервозности прибавит.

Судя по матерной руладе Змея, дикую историю он списал скорее на последствия травмы головы, но главное для себя выяснил – ничего нового или полезного он от раненых в ближайшее время не дождётся.

– Вот дерьмо, – пробормотал он, глядя на разбитый витраж. – И непонятно, сколько их было, куда они ушли и как…

Помолчав, он положил ладонь на плечо Стрижа и сказал:

– Ты сделал всё, что мог, воин, с честью выполнив свой долг.

Тут Лёха был с ним согласен. Телохранители Гарма действительно сражались до последнего, защищая своего повелителя. Такой враг достоин уважения и даже жаль, что вместо достойного погребения их тела просто скинули в пропасть.

– Унесите их, – приказал Змей и вышел.

Пустотников освободили от бесценных лат работы древних мастеров и отнесли в местную медсанчасть.

То, что там творилось, можно было смело назвать преддверием ада. Раненых было столько, что их пришлось укладывать в коридоре. Крики, стоны, вонь крови и нечистот, лекари и их помощники, мечущиеся в попытке помочь всем и сразу – жуткая и обыденная картина войны.