Реанимация или кошки-мышки со смертью

Меня уложили на кровать, забрали одежду, подкатили аппарат ИВЛ, с подключенной к нему маской. Эту маску надели мне, закрепили ремни на моей голове. Аппарат уже был включен и с сильным звуком вдувал в маску воздух, жизненно важный для меня кислород.

Не достаточно было просто открывать рот и вдыхать воздух как с обычной кислородной маской. С ИВЛ не все так просто, тут нужно приспособиться, научиться дышать с этим «агрегатом». Необходимо подстроиться под интервал, когда аппарат задувает воздух нужно делать вдох.

Еще эта маска она была маловата мне, очень сильно давила мне и постоянно сползала. Но других масок не было, как и не было другого способа дышать. «Хочешь жить – дыши!» – Мысленно сказал я тогда себе.

Помню как медбрат, который помогал устанавливать ИВЛ, пытался меня как то приободрить, поддержать.

– Давай дыши – уверенно громко говорил он – в баню хочешь, с пивом, с рыбой, с веником, хочешь? – тогда дыши. Надо дышать.

Он еще долго рассказывал про баню с пивом. И я помню мне тогда и вправду очень захотелось в баню. С веником, с пивом, с рыбкой в баню, я тогда пытался представить, как поправлюсь и пойду париться, когда выпишусь из больницы. Молодец этот парень смог меня тогда. оптимизмом заразить …

А дальше я лежал в кровати, дышал через ИВЛ и задыхался. Когда ко мне подходили, а подходили достаточно часто, кровь брали, маску поправляли, аппарат регулировали, пить давали, уколы делали, без внимания не оставляли.

Так вот каждый раз, когда ко мне кто ни будь, подходил, я постоянно спрашивал: «Сколько моя сатурация?» А сатурация падала, даже под ИВЛ мои легкие дышали уже еле-еле. Кислорода не хватало, я чувствовал это, сначала на руках посинели ногти, потом пальцы, потом вся кожа стала серо синей, туман в голове обволакивал сознание.

– Как там моя сатурация? – еле слышно сквозь маску спросил я подошедшую молодую медсестру.

– Если хотите и вам будет от этого легче – снисходительно ответила медсестра – я буду говорить вам что ваша сатурация сто или сколько вы хотите чтобы я вам говорила?

Видимо за эти три, часа, что я пробыл в реанимации к этому моменту, я уже очень много раз спрашивал о своей сатурации и отвечать мне каждые пять или десять минут, медсестрам и санитаркам, уже начало надоедать.