У оружия нет имени. Книга 2

Машину закрутило, и только водительские навыки Нэйва помогли остановиться в считанных сантиметрах от стены дома.

– Да что за идиот?! – заорал Грэм, оборачиваясь.

Фургон замер на противоположной стороне улицы. Из кабины выпрыгнул человек в красном форменном комбинезоне и низко надвинутой на глаза оранжевой бейсболке. В руках он держал короткий дробовик.

Планета Эльдорадо. Штаб-квартира Службы Безопасности Консорциума

Отдел внешней разведки гудел, как растревоженный улей. Его начальник, суперинтендант Хосе Морильо, орал на своего заместителя так, что тряслись стены кабинета.

– Какого чёрт там делают штамповки? – суперинтендант бросил на стол гибкий экранный лист с отчётом агента, обосновавшегося на Вулкане.

– Продолжают выполнять поставленную им задачу, – спокойно отозвался первый заместитель начальника. – Мы проверили данные. Это определённо РС-355085 и РС-355090, задействованные в операции по эвакуации нашего агента с Тиамат.

– Спасибо, – желчно отозвался Морильо, но уже гораздо более спокойным тоном продолжил: – И как это отвечает на мой вопрос? Где Тиамат и где Вулкан?

– Согласно последнему докладу майора Сингха, – замначальника активировал голограмму с докладом, – им пришлось совершить прыжок в систему Гефеста.

– Да, спасибо, я в курсе, – окрысился Морильо. – Мне предоставили отчёт, что группа погибла в полном составе вместе с двумя шлюхами, которым за каким-то чёртом закачали информацию.

– Судя по всему, кое-кто выжил. Очевидно, шлюхам удалось бежать, и репликанты действуют, исходя из полученного последним приказа, – пытаются их поймать, – коротко доложил замначальника.

– Разнося к чертям город вместе с населением? – взорвался суперинтендант. – Чья вообще была идея привлекать штамповок? Мы пытаемся создать нужный образ, склоняем на свою сторону общественное мнение, выкидываем миллиарды на информационную кампанию – и всё ради того, чтобы две бесконтрольные куклы разом это всё похерили?

– Может, хватит орать? – не повышая голоса, спросил зам.

Морильо сжал челюсти и зло уставился на зама. А потом как-то разом сдулся и тяжело опустился в кресло.

– Извини, дружище.