Аполлинарий-2: Дорожная история

***

Утром следующего дня все собрались у Майка, и каждый счел своим долгом заглянуть в комнату Шниперсона. Все, что они увидели – это высокая кровать, одеяло и ворох цветных фантиков на полу. И руку, тянущуюся к вазочке за новой конфетой.

– Ничего не ест кроме конфет, – пояснил Майк и неслышно прикрыл дверь. Все молча спустились на первый этаж и вышли на террасу.

Боренька уселся на мягкую подушечку и «взорвал» упаковку с сырными чипсами. Нравилось ему это «бум!», от которого все вокруг вздрагивали и возмущались.

Все, естественно, вздрогнули и возмутились. А потом снова задумались.

– Может, он думает о вечном? – предположил Арно.

– Рано еще! – категорично отрезал Майк, который ничего на подобную тему и слышать не хотел.

– Ничего не хочу сказать, но как-то он странно болеет – конфетки жует, – Тимоха был немного озадачен.

– У него обычная депр-р-рессия! – беззаботно махнул крылом Арно. – Ер-р-рунда!

– Ошибаешься! Депрессия – это очень серьезно! – возразил Майк. – Будем надеяться, что это не она.

– Вчера мы выяснили, что у Заячьей сопки ее нет и не было последние 40 лет, – весело похрумкал чипсами Боренька. – Так, во всяком случае, сказала Бэт. Оснований не доверять у меня нет.

– Тимоха, что скажешь? – Майк посмотрел на своего помощника.

– Черт знает, где ее искать тогда! – мрачно ответствовал Тимоха. – Заячья сопка была единственным ориентиром. Даже не знаю.

– Арно?

– Я не знаю, Майк, – грустно проворковал попугай.

Майк принялся ходить по просторной террасе. После стычки с крысами выглядел он, мягко говоря, не очень: поцарапанный нос, глубокие продольные борозды на боках и слегка полысевший хвост. Остальные участники вчерашнего конфликта выглядели не лучше: у Тимохи слегка укоротилось ухо, а вдоль морды пролегли три царапины, придающие его уголовной внешности совсем уж устрашающий вид. Боренька же, вляпавшийся в пылу драки в клей, теперь сидел с колтунами на слипшейся шерсти и просто нескромно благоухал ацетоном – он весь вечер оттирался от клея, но безуспешно, зато надышался и теперь, под парами ацетона, смотрел на мир с завидным оптимизмом.

Майк прекратил хождения и посмотрел на команду.

– Кто потомки Панкрата Прасковеева?

– Хозяева Челси, – ответил Тимоха, состоявший с самой красивой кошкой в селе в романтических отношениях.

– Надо с ней поговорить. Возможно, она слышала что-нибудь краем уха.