Встретимся в темноте

Отец ткнула пальцем в Аню.

– А ей понравилось! – сказал он. – А тебе опять все не так.

«Надо было согласиться с Аней», – подумала та.

– Так куда вы бегали?

– Я Пашку искала. Ушел куда-то и пропал.

Отец нахмурил брови.

– Он же за кулисы пошел сразу, нет? К отцу.

Аня взглянула на сестру, и та почувствовала себя дурой. Ну конечно, пойти поздравить отца с успехом – самая разумная идея. Мы развернулись в сторону служебного коридора, откуда должны были выйти артисты, и заметили бегущего к нам Бобровского-старшего.

– Как вам, господа? По-моему, это успех!

Папа пожал ему руку и улыбнулся.

– Ты превзошел сам себя, Петь. Надеюсь, образ старика-археолога ты списал с нашего преподавателя по истории. Я до сих пор его помню.

– Так откуда, ты думаешь, я такую сволочь взял? – рассмеялся Бобровский. – Только чур не выдавать тайну творца, девочки!

Сестры покачали головой и заверили мэтра, что даже под пыткой не скажут, какие комплексы он сублимировал в своем спектакле.

– Я думал, мой сын подойдет ко мне первый. Но нет, первой была моя бывшая жена. Ей не понравилось, – добавил он несколько рассерженно.

Девушки переглянулись. Куда же исчез Бобровский?

– Дочери говорят, что он вышел куда-то до конца спектакля. Вы звонить ему пробовали?

– Он трубку не берет, – ответила Лиза.

Бобровский растерянно посмотрел на Комора-старшего.

– Куда же он делся тогда?

– Может быть, в машине сидит? Пойдем, проверим.

Но в «сузуки» его не оказалось. Они оглядели улицу, но никаких признаков Паши Бобровского не заметили. Театральный режиссер вместе с отцом пошел узнавать про сына на вахту, а сестры пошли к семейному автомобилю. Потрепанный «форд» десятилетней давности стоял неподалеку от автомобиля Бобровских. Лиза достала телефон и еще раз набрала номер Пашки. Все те же длинные гудки. Что это значит?

Между тем, день клонился к закату.

Вскоре вернулся отец.

– Ничего. Исчез, – ответил он, не дожидаясь вопросов. – Поехали домой.

По пути Лиза захотела есть, и семья заехала купить пиццу. Она всегда любила такие перекусы, потому что знала: сестра съест полкуска и успокоится, отец за рулем, а вся еда достанется ей.