Капитолина-3: Жизнь продолжается!

Мужчина тяжело поднялся и стал приседать, громко выдыхая.

– Нормально? – спросила Лера.

– Нормально! – отмахнулся он и подошел к своей машине. – Хана ему!

– У него нож! – предупредила Лера.

– А у меня отбитое самолюбие!

– Я с вами! – Капа выдернула из сугроба палку и рывком оттянула сдвижную дверь.

Лера вытащила из сумки перцовый балкончик, переместила его в карман и залезла в полутемный салон.

Дверь захлопнулась, и минивэн выехал задним ходом с парковки. Развернувшись, быстро набрал скорость и помчался по дороге.

***

Никто ничем в него не кидал – лишь молчаливое осуждение, и только. И от этой враждебной тишины было еще хуже.

Эмиль стащил через голову мантию и остался в обыкновенных джинсах и футболке. Присел на край сцены. Сережа, он же Миша, со вздохом опустился рядом.

– Объясниться не хотите? – спросил кто-то.

– А что тут объяснять? – развел руками Миша. – Все верно – подсадной я. А эта женщина – соседка моя. И отец меня никогда не бил. У меня вообще семья хорошая.

– Зато как натурально сыграл! – засмеялся кто-то из мужчин. – Я почти поверил! Уже хотел тебя в кабак тащить, коньяком отпаивать!

Все заулыбались. Обстановка медленно разряжалась.

– Спасибо, – махнул рукой Миша и добавил. – Перед родителями стыдно.

– Это хорошо! – улыбнулась женщина из четвертого ряда. – Стыдно – значит, совесть есть!

Эмиль грустно улыбнулся и похлопал Мишу по плечу.

– Присаживайтесь на свое место, теперь моя очередь оправдываться.

Миша спрыгнул со сцены и побрел по проходу, сопровождаемый беззлобными смешками и шутками.

– Во-первых, хочу извиниться. Извините. Во-вторых, наверное, объясниться. Да, Михаил действительно нанятый нами человек. Его вины тут, собственно, нет. Мы к нему обратились, он согласился, затем прошел инструктаж. Все просто. Теперь о сложном…

– Говорите громче, пожалуйста! – крикнули с задних рядов.

Эмиль пожал плечами и снял со стойки микрофон.

– Теперь о сложном! Практически у каждого из нас бывают такие ситуации, когда жизнь меняется кардинально, просто переворачивается с ног на голову.

Пока Эмиль рассказывал о своей роковой встрече с дальневосточной ведьмой и о печальных последствиях, зрители внимательно слушали. На их лицах Эмиль не видел ни насмешки, ни неприязни, даже наоборот – удивление, сочувствие и даже понимание.

– Вот как-то так… – закончил он свой рассказ и опустил микрофон.