Двое в лифте. Сборник рассказов

Они стояли домиком, не совсем трезвые.

– Еще! Просим! – гремела толпа. Пьяный участковый – явление привычное, а вот поющий пьяный участковый – это совсем другое дело!

Участковый приложил руку к груди, поклонился, отчего фуражка, вращаясь и сверкая кокардой, полетела вниз, на газон. Он проводил ее взглядом, махнул рукой, что означало: да и х..й с ней! Выпрямился, на пухлом и добродушном лице блуждала блаженная улыбка. Волосатые пальцы ударили по струнам.

Раз в одной из европейских стран

Пробежал по городу кабан.

Он бежал и хрюкал на ходу -

Все искал какую-то еду-у-у!

Толпа внизу, пританцовывая и покачивая в такт головами.

«Мало тебе по еб@лу настучали, мусорок!», – со злостью думала Ольга Семеновна, морща свой интеллигентный нос.

Маша, смеясь, повернулась к Артему.

– Ну вот, а ты беспокоился. Баба Капа все разрулила. Пойдем ко мне чай пить?

Год спустя…

Двери такси открылись. Артем помог выйти Маше, бережно держащей в руках сверток. Баба Капа уже встречала у подъезда.

– Баба Капа, а вот и наша маленькая Капитолина! – объявил Артем.

Сверток перекочевал в руки бабы Капы. Старушка с умилением смотрела в маленькое личико.

– Имени другого не нашлось? Совсем без воображения, предки? – поинтересовалась она у стоящих рядом молодых родителей.

– Хорошее имя! – воскликнула Маша. – В честь хорошего человека!

– Прогиб засчитан, – с улыбкой проворчала бабка, отдавая ребенка.

Из окна четвертого этажа наблюдал кот Аполлинарий.

«О, еще одного киндера притаранили.

Он повернулся и посмотрел на свою хозяйку. Глафира Аркадьевна паковала вещи, готовясь к переезду в деревню….

Знакомство с дедом

– Прошу тебя, давай без своих шуточек! Дед этого не оценит.

– Ладно, без шуточек, – вздохнул Максим, прижимая телефон плечом к уху. Он стоял перед зеркалом и примерял галстук.

– И еще! – голос Ольги звучал требовательно. – Ни слова о коммунистах, советской власти, генсеках, Партии и тому подобное…

– А это тут при чем? – удивился Максим.

– На всякий случай! Его отец, мой прадед, из раскулаченных. Отсюда и нелюбовь к большевикам.

– Понятно… – вздохнул Максим. Взгляд упал на красную рубашку. Надеть, что ли?

Родители Ольги, геологи, погибли давно, Оля тогда была совсем маленькой. Ее дед, Семен Борисович, воспитал внучку один, подарив ей всю свою любовь, пусть суровую и немногословную, но очень искреннюю.