Делай что должен

Точно таким же взглядом на Чимбика смотрело его отражение в зеркале после неудачного авиаудара по недостроенному опорному пункту, когда погибли штатские. И репликант понимал, что творится на душе у контрразведчика, а потому не вмешивался и не предлагал помощь.

Когда Нэйв закончил промывать раны на спине Ароры, он не стал заливать их синтеплотью, а предпочёл скрыть под бактерицидной аэрозольной повязкой.

– Лучше, если Грэг посмотрит, – словно почувствовав взгляд репликанта, сказал Нэйв. – Может, сумеет сделать так, чтобы шрамов не осталось.

– Шрамы – это просто зажившие раны, – сказал репликант. – В них нет ничего плохого.

– Не для женщин, – Грэм говорил, не отрываясь от работы. – По крайней мере, не для всех. Да и не думаю, что Зара захочет носить такие памятные отметины.

Стены затряслись: впритирку к магазину проехал бронетранспортёр. Диверсанты настороженно примолкли, вскинув оружие.

Но в этот раз удача повернулась к ним лицом: с улицы донеслись азартные вопли, а затем глухой взрыв. Значит, кто-то из карателей сунулся было в люк и нарвался на растяжку.

Теперь выжившие станут в разы осторожнее, заодно окончательно уверовав в то, что их добыча ушла именно этим путём.

После нескольких минут воплей преследователи уехали. Рискнувший выпустить «муху» репликант обнаружил лишь заваренный металлической пластиной люк и окровавленные обрывки униформы.

– Чисто, – доложил Чимбик контрразведчику.

Тот показал большой палец и взялся за царапины на лице и ногах Зары, оставшиеся после волочения по траве.

Закончив с этим, капитан уселся на пол, откинувшись на ящики, и прикрыл глаза.

Наступило томительное время ожидания. Сейчас, когда все каратели с пеной у рта рыщут по городу в поисках недобитого контрразведчика, безопасней отсидеться тут, чем транспортировать Зару на базу. Осталось лишь дождаться вестей от Лорэй.

При мысли о том, что Эйнджела находится сейчас среди пьяных карателей, чувствующих себя властителями города, сержант загорался жаждой убийства. Больше всего он хотел оказаться рядом с ней, защитить, но разумом понимал, что лишь всё испортит.

Лорэй большую часть жизни имели дело с записными мразями и знали, как выйти из ситуации чисто, без конфликта. Но несмотря на это всё существо сержанта жаждало крови. Убить голыми руками, чтобы видеть ужас в глазах дворняг, чуять их страх, слышать хруст костей и предсмертные вопли.

– Каково это, жертвовать невинными ради достижения цели? – вырвал его из мрачных раздумий голос Нэйва.