Делай что должен

Нэйв пришёл к выводу, что и они тоже не в курсе всей правды, иначе после слов о расправе над группой Рида в глазах сержанта не промелькнуло бы нечто, похожее на уважение. А вот на лице его собрата, обнявшего Свитари, появилось задумчиво-оценивающее выражение, словно искусственный солдат размышлял: стоит ли менять мнение о Нэйве или пока не спешить?

То, что разговор идёт, по сути, о совершённом Нэйвом предательстве, контрразведчика не волновало. Даже если доминионцы ведут запись – а так оно, скорее всего, и было, – они не смогут её использовать до конца боевых действий.

– Но вот то, что ты спёрла у меня Халлека, – Нэйв жестом прокурора нацелил на Ри палец, – стоило мне миллионов нервных клеток. Он должен был отвечать перед судом за свои делишки.

– Поверь, – плотоядно улыбнулась Свитари, – он ещё будет тосковать о суде и законном приговоре.

Девушка подмигнула Грэму.

– Нет уж, спасибо, – вежливо отказался Нэйв. – Лучше уж вы к нам. У нас гарантии… понадёжнее.

– Ага, – рассмеялась Свитари, – в прошлый раз было о-о-очень надёжно, когда твой же босс лежал под корпоратами.

– Может, прервёте вечер воспоминаний и займётесь реальными проблемами? – вклинилась в разговор Ракша, которую все эти дела прошедших дней волновали мало.

– Снижения активности патрулей, – сообщил репликант-сержант. – Ещё часок – и почти все переключатся на развлечения, можно будет выдвигаться.

– Многие уже начали, – донёсся из коридора голос Азила.

Пару секунд спустя идиллиец в компании азиатки, которую Нэйв для простоты решил звать по псевдониму, Джун, вошли в гостиную. На стол лёг планшет с развёрнутой интерактивной картой города.

В нескольких точках тревожно горели алые огоньки.

– Вызовы в службу спасения, связанные с развлечениями ваших корпоратских друзей, – сообщил идиллиец Грэму.

Капитан молча сжал челюсти. В памяти всплывали подробности из личных дел штрафников, которые Грэм изучал на пути к Идиллии. Убийцы, садисты, насильники – корпораты выкупали только таких. Оступившиеся и раскаявшиеся Консорциум не интересовали – только первосортные ублюдки, не желающие ничего, кроме продолжения своих «подвигов», ради которых их и выкупали.