Делай что должен

 – Звучит настолько хорошо, что я даже перестала беспокоиться о твоём здоровье…

Посмотрев на Грэма, она вздохнула:

– Прости, плохая шутка. Я, когда волнуюсь, начинаю тупо острить.

То, что Дана за него волнуется, оказалось неожиданно приятно. Но задумываться над этим времени не было: перед ними стояли куда более важные задачи.

– Прорвёмся, – Нэйв поднялся на ноги. – Пошли, поговорим с нашими заклятыми друзьями.

Спускаясь в гостиную, Грэм ожидал чего угодно: кого-то из доминионцев, наставившего на него дуло пистолета; корпоратов, выследивших дом по его следу; развёрнутого оперативного штаба городской ячейки сопротивления… Но не этого.

На кресле спиной к лестнице сидел репликант без шлема. На подлокотнике, лицом к Нэйву, устроилась одна из Лорэй и с неописуемо счастливым видом поглаживала кончиками пальцев щёку искусственного солдата.

– О как… – только и смог сказать Нэйв.

Лорэй подняла на него взгляд и продолжила своё странное занятие. А вот репликант обернулся, продемонстрировав капитану знакомую тиаматскую татуировку на лице.

– Давно не виделись, сэр, – сказал воскресший мертвец, пока Грэм обалдело мрогал. – С повышением.

– С воскрешением, сержант, – справившись с удивлением, отозвался контрразведчик.

Ракша бросала любопытные взгляды на странную парочку, но вопросов не задавала. Ей лицо репликанта не сказало ровным счётом ничего. Ну, если не считать того, что перед идиллийскими феромонами, оказывается, не могли устоять даже биороботы.

Усевшись рядом с Даной на тот же диванчик, что и час назад, Грэм спросил у Эйнджелы, кивая на репликанта:

– И зачем ты солгала о его смерти? Я бы понял, если бы он участвовал в операции на Плимуте, но…

Не то чтобы Грэм ждал чего-то другого от Лорэй, он просто не мог понять, зачем ему навешали совершенно бессмысленную в той ситуации лапшу на уши.

– Я не лгала, – безразлично пожала плечами Эйнджела. – До недавнего времени я была уверена, что он погиб.

Грэм хотел было скорчить саркастическую гримасу, но тут его озарило: а как бы он сам вербовал Лорэй, учитывая их прошлое? Для вербовки нужен стимул, приманка. Для кого-то это деньги, а для кого-то месть. Причём не только за себя, но и за тех, кто дорог. А кто был дорог Лорэй, кроме друг друга? Ради кого они плюнули на свободу и – весьма вероятно – жизнь, пытаясь найти Грэма во время атаки лжедоминионцев на Эдеме?

Репликанты.