Длань Хаоса

Прозрачный темный купол возник над Казаром, спасая его от неминуемой смерти. Однако решимость Гелиона дрогнула. Даже на расстоянии сквозь потоки магии он ощутил чудовищную мощь удара, гораздо более сильного, чем тот, что пришелся на его защиту в прошлый раз. Существо училось, становилось умнее и могущественнее с каждым упущенным людьми моментом.

Неловким жестом дрожащей руки маг убрал купол, сохранивший жизнь Казару. И тут же пожалел об этом. Змеи, слагавшие конечность монстра и отлетевшие при ударе, снова пытаясь слиться и стать единым целым, сразу же оплели ноги воина.

Преисполненные ярости, они с шипением вонзили в него клыки, прокусив ткань над изношенной кожей старых сапог. Мужчина вскрикнул и в отчаянии извернувшись, сумел освободиться от их губительной хватки. Но было слишком поздно – яд уже начал стремительно распространяться по его телу.

– Помоги ему, – сказал Гелион Эвелине. – И убери нож. Воспользуйся его кровью. Но поспеши, без твоей помощи мне не справиться. Судя по тому, чем покрыты эти змеи, моя магия не причинит этому существу вреда.

Да и сдерживать долго я его не смогу.

Не тратя больше сил на слабые щиты, что в следующий раз и вовсе могли оказаться бесполезны, Гелион сосредоточился. Он мысленно отстранился от происходящего и попытался ощутить вязкую материю Хаоса, ибо Хаос был везде, витавший в воздухе, воде и земле, в той или иной концентрации. Он должен был дотянуться до каждой частицы, слиться с ними в едином потоке магической силы, собирая их вместе, притягивая друг к другу, придавая их движению направление, а скоплению – объем и форму.

Монстр открыл подобие пасти, сотканное, как и все его тело из извивающихся змей, но рева не последовало. Из черного почти бесформенного провала вырвался лишь громкий сдавленный хрип. Он замахнулся щупальцами, собираясь уничтожить стоящего перед ним человека, как вдруг замер.

Рядом с ним возникло что-то похожее на разряд молнии, но не светлый и искрящийся, а состоящий из иссиня-черной тьмы. Он вспыхнул и исчез, но вскоре появился вновь.

Поблизости образовался еще один, и еще, оставаясь в ткани бытия на все более длительный срок, уплотняясь, сжимая тварь со всех сторон, напрочь лишая ее возможности двигаться. Через несколько мгновений существо окружала непроницаемая сфера вязкой мглы, где оно застыло, словно в янтаре.

Девушка тем временем уже стояла у ног умирающего воина.

– Вот и все, госпожа. Похоже, пора мне попрощаться с вами. Жаль, что мне придется уйти из жизни именно так.