Дитя скверны

– Что ж, – кривая улыбка исказила лицо хозяйки приюта, – тогда добро пожаловать в «Теплые руки». Место, где дети могут плакать, сколько им вздумается. Ибо их рыданий, кроме меня, все равно никто не услышит. Пока разрешаю тебе побродить здесь и освоиться. А завтра… Бернальд расскажет тебе, что ты будешь делать с самого утра.

Она взяла несколько бумаг с края стола, положила перед собой и сделала вид, будто девочки для нее теперь не существует вовсе, тем самым ясно давая понять, что разговор окончен. Та, в свою очередь, молча поклонилась и направилась к выходу.

Но не смогла удержаться от последнего интересовавшего ее вопроса.

– Скажите, госпожа Киара, – повернувшись у самой двери, спросила она. – Что, если бы я не согласилась остаться в приюте и решила бы поведать жителям Рементиса или представителям власти о вашей связи с гильдией воров?

– Какая разница? Горожане и без тебя прекрасно об этом знают. Потому и ненавидят бродящих по улицам оборванцев. Тем же, кто стоит выше остальных, это абсолютно безразлично.

Им исправно платят за то, чтобы они ничего не замечали.

У лестницы Демелу по-прежнему ждал Бернальд. Он внимательно и с каким-то подозрением осмотрел ее, словно она только что невредимой вышла из клетки с хищным зверем, а не покинула кабинет хозяйки приюта. Потом, не обнаружив на ней видимых ран, с облегчением выдохнул.

– Кажется, с тобой все в порядке.

– Что именно со мной могло случиться? Или ты ожидал, что она меня съест?

– Я бы не удивился, – ответил мальчик.

При этом невозможно было определить, шутит он или говорит всерьез. – Так что Киара сказала тебе?

– Объяснила, как здесь все устроено и на что именно я соглашусь, если останусь с вами.

– Правда? – удивился он. – И больше ничего? Ни криков, ни угроз, ни попыток указать тебе на твое место? Она не показалась тебе страшной?

– Она с самого начала предупредила меня, что не любит детей. Потому с какой стати ей было относиться ко мне с симпатией? Свое место же, как и свое положение, я прекрасно осознавала с того момента, как оказалась у ворот города.

Она – хозяйка приюта, я – одна из многих детей, находящихся на ее попечении. Все, чего хотела Киара – почтительного отношения к себе и обещания смиренно заниматься тем же, чем занимаются остальные. Я дала ей и то и другое.

– Звучит так, будто ты сейчас пытаешься защитить Бездушную, – недовольно протянул Бернальд.

– Никого я не защищаю! – фыркнула она, заведомо зная, что спорить с ним бесполезно.