Дитя скверны

С другой – немалое беспокойство вызывал ее ум. Уж не сыграет ли он с ней впоследствии злую шутку? Как говаривали в народе, слишком умная жена хорошего супа не сварит. Вот почему она тайно надеялась, что с годами Демела все это перерастет.

При всей неприязни, а порой и открытой агрессии других детей, в деревне нашелся один, кто часто вступался за девочку, когда могло дойти до драки. Он пресекал все попытки остальных напасть на нее. И его, Прадима, она считала своим единственным другом. Хотя и он, как она иногда замечала, предпочитал держаться от нее на расстоянии.

В тот вечер дети, покончив с дневной работой в поле, как обычно, собрались вместе. На этот раз в своей игре они изображали приезд короля в его замок в столице. Роль государя досталась самому неприятному из мальчишек, Равену, кто не стеснялся в выражениях по отношению к Демеле, а иногда, особенно когда Прадима не было рядом, открыто проявлял к ней свою ненависть. Оседлав кривую палку и представляя, что это норовистый конь, он в сопровождении двух «рыцарей» с важным видом прошествовал мимо собравшейся вокруг ребятни.

– Милостью своей, – теперь корявая палка-конь почему-то превратилась в меч, – я дарую тебе титул… ммм… – Он помолчал, пытаясь вспомнить то, чего отродясь не знал.

– Почетного рыцаря, – надломленным шепотом выпалил кто-то из толпы.

– Почетного рыцаря! – почти завопил Равен, явно переигрывая.

Преклонив колено, новоиспеченная «титулованная особа» что-то пробормотала в ответ, после чего неотесанная палка торжественно легла на его голову. Довольный собой, «правитель» широко ухмыльнулся, высматривая следующую жертву.

Внезапно взгляд его упал на Прадима, явно утратившего к происходящему какой-либо интерес.

– А теперь ты! – крикнул Равен, указывая палкой прямо на него и едва не задев при этом лица еще двух стоявших рядом ребят.

Задумав было возразить, тот помедлил и тяжело вздохнул, видимо, посчитав, что излишние споры в итоге лишь осложнят положение. Неспешно выбравшись из толпы, он встал напротив Равена, превосходя его ростом даже при том, что последний расположился на камне. Потом откашлялся и нехотя опустился коленом наземь. «Меч», как и в прошлом случае, коснулся головы «рыцаря».