Как я стал Диггером

Построен ещё до войны и использовался исключительно как военный. Воинская часть и взлётная полоса были единым целым. После войны долгое время здесь базировался 472 истребительный полк, один из самолётов которого ты мог заметить неподалёку в виде памятника! Когда южная окраина города стала застраиваться, вояки перебазировались в соседний Курск, а аэропорт стал гражданским. С начала 2000-х всё стало приходить в упадок. Что творится сейчас – можешь увидеть сам!

– Печально, – согласился я, – недавно слышал, что был случай, когда самолёт не смог сесть на полосу и приземлился в частном секторе?

Найт задумался.

Если бы подобные происшествия случились, то наверняка о них знал каждый. В маленьких городах любые новости, как и сплетни, разлетаются моментально.

– Не припомню такого… Ты откуда вообще такую информацию взял?

– Мы ехали через Половец и увидели разбросанные части самолёта, – объяснил я, – друг сказал, что здесь упал самолёт и пока идёт разбирательство, обломки никому не разрешают трогать!

– Ты серьёзно в это веришь? – рассмеялся Найт.

– Так видел же лично! – возмутился я, не понимая, что сказал смешного.

– Тот самолёт никуда не падал! Его продали какому-то частнику в состоянии металлолома! За тридцать тысяч деревянных!

– Неужели можно вот так просто взять и продать самолёт? – не поверил я, – это же не какая-то безделушка, от которой можно так легко избавиться. А тем более тридцать тысяч…

– Забыл, в какой стране живёшь? – посмотрел на меня с укором Найт.

Когда говорят, что ночью ничего не видно, то либо крайне заблуждаются, либо никогда не выходили из дома после полуночи! Луна заливала округу тусклым жёлтым светом, яркости которого хватало для комфортного перемещения. Мы шли, не включая фонарей, а под ногами мелькала идеально ровная асфальтированная дорожка, отчего невольно возникает вопрос: «Как удалось сохранить столь ровное покрытие?» Как объяснил Найт, здесь есть охрана, которая делает обход территории несколько раз в день.

Лишь благодаря этому удалось сохранить имущество от разграбления. В какое именно время совершается обход, узнать не удалось, поэтому нужно быть готовым к любому развитию ситуации.

Мы сделали большой крюк, но всю дорогу картина не менялась – нас провожал забор с одной стороны и заросшее поле с другой. Заброшенность места ощущалась во всём, начиная от внешнего вида, заканчивая ощущениями от пребывания здесь. Неимоверно тихо.