Бард. Вестники рока

И тут же сиганул в сторону, уворачиваясь от щедрой оплеухи друга. Паша от этого движения не удержался на трёх лапах и ткнулся в землю мордой, пропахав клыками изрядную борозду.

– Я понял, зачем ты взял барбурофелиса, – глядя на чертыхающегося и отплёвывающегося от земли друга, объявил Сашка. – Если не прокатит с Мурлин – будешь на заказ грядки вскапывать. Вон какие лемеха отрастил – любо-дорого, всем сапёрам на зависть!

– Что за бульбуролис? – поинтересовалась я, со смешанными чувствами наблюдая за человеком в игровом теле зверя.

Перевоплощение явно шло нелегко. Несмотря на игровые условности и подгонку ощущений с помощью современных нейротехнологий, привыкали игроки к звериным обличьям далеко не сразу. Именно по этой причине друиды-оборотни были не слишком популярной ветвью развития. Как я уже знала, классический путь получения звероформы лежал через жутко длинную и сложную цепочку заданий, выполнять которые приходилось целым рейдом. Отдельная цепочка на каждую новую форму.

– Наркоманский медведь, – опять встрял Сашка раньше, чем плюющийся, словно верблюд, Паша успел вставить слово. – От «бурбулятор» название пошло. А Пашуня у нас – барбурофелись, медведекот то есть. Древняя животина, жившая ещё раньше, чем родня Мурлин. Хотя «бульбуролис» тут подходит больше – это ж как надо было упороться, чтоб к моей кошке приставать, а?

Саня картинно упёр руки в боки, предусмотрительно оставаясь вне досягаемости лап друга.

– Ты ж вроде медведем был, – не на шутку озадачилась я, обращаясь к Чипу. – Бурым.

– А это мне заместо медали, – отозвался тот. – Говорят – на тебе, мол, за битву с ворогом лютым, блестюшку на грудь! А я им – нафига она мне нужна? У меня их вон, дома полный ящик, хоть в металлолом сдавай! Дайте мне что-нибудь эдакое, полезное для жизни в местных реалиях! Ну вот – мне и дали… – и Чип принял картинную позу, хвастая обновкой.

– Дали, как же, – фыркнул Сашка. – Сам и хапанул, чтоб к Мурлин приставать!

– И это мне говорит кто? – в тон отозвался Чип. – Зелёный хмырь, женихающийся к Женькиной ящерице?

– А что? Гляди, какой красавчик, – Сашка сложил губки бантиком и потянулся к Мораниной животине.

Бедный динозавр от такого зрелища сбился с шага и шарахнулся в сторону, шипя, словно проколотый воздушный шарик.