Сорока

Но, чур, будет моя любимая песня. Кому не нравится – я не виноват.

Аркаша заказал песню. И когда из колонок полилась музыка, он повернулся к залу, к друзьям.

Оба семейства и влюбленных парочка, как и друзья, смотрели на него. А он смотрел на Лену… и, чуть не пропустив начало текста, запел:

Я мечтаю вернуться с войны,

На которой родился и рос,

На руинах нищей страны

Под дождями из слёз…

Сашка подхватил на припеве. Остальные, кто в лад, кто невпопад тоже стали петь, но, не зная слов, умолкли, давая возможность Аркаше допеть нормально.

– Здорово поёшь!

Аркаша обернулся.

– Спасибо, – потом поднёс микрофон к губам и повторил. – Спасибо!

Аркаша сел на место. Макс с Ромкой похлопали его по плечам, а Сашка, подняв вверх большой палец, прошептал губами: «молодец!». Катька же с Леной синхронно подняли бокалы с соком и сделали по глотку в его честь.

Аркашу переполняло чувство душевного удовлетворения.

Лена же до конца посиделок не спускала с него глаз. Глядя на Аркашу, она чувствовала тепло, оно пробегало по жилам и скапливалось внизу живота. Волнительно и приятно, к другим парням она подобного не чувствовала ни разу. И её посетила ясная до нелепости мысль: «Я хочу этого недоделанного засранца!». И засмеялась.

– Слушай, если ты знаешь этот анекдот, не надо смеяться раньше времени! – упрекнул её рядом сидящий Ромка.

Ленка прыснула пуще, уткнувшись в плечо Катьке.

Макс прервал анекдот, внимательно посмотрев на сестру.

– Что дальше то? – подтолкнул Макса Сашка.

Тот усмехнулся, встретившись взглядом с Аркашей, и вернулся к анекдоту.

Покинули «Сладкую планету» только вечером, где-то в начале восьмого. Никто не ожидал, что идея пойти посидеть и поесть мороженое окажется такой позитивной. Аркаша готов был расцеловать брата и задушить в объятиях.

– Ты классно поёшь, Сорока, – сказала Лена, встав на пути Аркаши и не пуская его дальше.

– Эй, вы чего? – крикнул нарочно Ромка.

– Оставь! Пусть пообщаются, – сказал Макс, потянув того за рукав.

Ромка сжал губы так, что они казались шрамом.

Аркаша же с Леной смотрели друг друга, забыв про всех.

Аркаша мотнул головой, сбрасывая наваждение, и попытался отшутиться, но Лена приложила палец к его губам. Аркаша снова открыл рот. Тогда девушка запечатала его губы поцелуем.