Любовь опера

– Володя, ты дома?

– Даня, ты?

– Мне надо с тобой срочно поговорить.

Бузилов открыл дверь. Это был худой очкарик в шикарном халате, купленном где-то в Европах, с отделанным золотой вышивкой отворотом и манжетами. За его спиной располагалась аккуратная комната с большой кроватью, застеленной шелковым бельем светло-синего цвета с переливами. Тут же стоял дорогой телевизор, музыкальный центр и шкаф с зеркальными дверями до самого потолка, сделанный на заказ специально для этого интерьера, гладильная доска с утюгом на керамической подошве и с функцией пара.

На стене висела репродукция картины «Происхождение мира» кисти Курбе.

– Я могу зайти?

– Что-то срочное?

– Очень важная и страшная новость, – перешел на шепот Данил.

– Заходи. Только быстро. Мне уже пора собираться. Человечек очень статусный ждет.

Про встречу – это была, естественно, ложь. Просто Володьке нравилось изображать делового перца и не нравилось спонсировать Рогова литрами и денежными займами.

– Я пил с Акимом часа четыре назад, и он мне по пьяни сказал такое, отчего у тебя подогнутся ноги.

Сядь лучше.

– Слушаю, – спокойно ответил Бузилов, оставшись на ногах.

– Цепов подрезал ключи от твоего сейфа, пока тебя не было в кабинете. И сделал дубликат. А оригинал положил на место. Теперь планирует тебя разуть по полной. На те деньги, что ты получил от продажи квартиры.

– Врешь.

– Да провалиться мне на премьере под сцену.

Володя сел на кровать и задумался. Ситуация была нетипичной.

Мысли сталкивались в голове, как тучи, вызывая короткие молниевые разряды. «Позвонить директрисе?», «Позвонить худруку?», «А вдруг Рогов врет?», «А как расколоть Акима, чтобы он признался?», «Что вообще делать?».

Цепов батрачил в театре рабочим сцены. Жил здесь же в общаге в комнате на несколько коек. Был всегда молчаливым, даже скрытным. Но Бузилов ранее не больно-то его и рассматривал. Есть и есть. Кому он интересен? Работает, крутит свои шуруповерты по ночам, носит тяжести.

И бог с ним. Одно он знал точно, что Рогов и Цепов – земляки. Самарские или новгородские. Точно не помнил. Но это было и неважно.

– Володь, мне бы… – Данил щелкнул себя по шее. – Болею, как черт. Выручишь опять?

– Нет, – отрезал главный администратор, который с самого начала знал, чем закончится разговор.

– Ну, я тебе такую информацию на блюдце доставил, а ты. Да и как без меня разберешься? Я же могу тебе еще в этом деле пригодиться.