Карфаген 2020. Восхождение

Включаю коммуникатор, нахожу канал, где идет трансляция: под бешеные ритмы и рев вокалиста над сценой несется голографический трицикл с гемодами, охотящимися за каким-то бедолагой.

Скоро наш выход, а он должен быть эффектным. Десять тысяч билетов на представление продали дельтам, чего никогда не делали, – чтоб снять социальную напряженность.

– Видели апартаменты? – спрашиваю, обращаясь ко всем.

Надана показывает знак, что довольна.

– Не знаю, как смогу там жить. Как в музее. И мужика подогнали, а ему, – она улыбается Лексу, – даму, – и изображает руками гигантскую грудь.

Становимся на платформу, я на центральную ее часть, остальные по бокам.

– Человек не должен быть рабом, – холодно говорит Вэра, скрестивший руки на груди.

– Ты ж нье отказался? С нами-то рабам ничьего нье угрожает, – констатирует маори Тейн.

У всех одновременно включаются коммуникаторы, где ведущий, Блейм в костюме римского гладиатора объявляет следующую группу, его сменяет координатор проекта – лысый мужчина с обвислыми щеками и глазами, красными от недосыпа.

– Готовность – четыре минуты, – бормочет он.

– Есть, – отзывается сопровождающий нас парень.

Ждем сигнала. Миллиарды людей предвкушают прямую трансляцию с закрытия шоу, но с еще большим трепетом ожидают мою очередную пресс-конференцию, согласованную с Гисконом. Все, что от нас требуется сейчас – появиться эффектно под гром барабанов, пролететь над толпой, поочередно пожать руку Блейму.

– Вылет! – командует координатор, и платформа плывет к стене, где открывается люк, откуда вырывается грохот и рев тысяч глоток.

На миг теряю ориентацию, глохну от грохота. Кажется, что мы парим под звездным небом над колоссальной воронкой амфитеатра, стилизованного под скалы. Три луча прожекторов накрывают платформу, слепят, но заставляю себя не моргать.

Наши гигантские голограммы появляются по разные стороны платформы, идут по кругу.

Платформа начинает плавно спускаться по сужающейся спирали метрах в десяти от трибун. Люди вскакивают, тянут руки, кричат, девчонки стараются перевизжать друг друга. Сквозь крики прорывается усиленный голос ведущего:

– Вот они, герои Полигона! Приветствуем победителей! – рев.