Мастер времени. Офелия

 – Обычно люди стараются избежать её.

– Чтобы начать новую. Si vis pacem, para bellum[17 - Латинская пословица (рус: «хочешь мира – готовься к войне»)], – он снова улыбнулся. – Человечество заливало мир кровью тысячелетиями. И сейчас готовится открыть новую страницу. Никогда у нас не было столько новых приспособлений для уничтожения себе подобных. Разве это не чудесно?! О, эта эпоха пара и электричества!

Офелия отметила, что он действительно восхищён и, словно гурман, смакует новое блюдо, приходя от него в совершеннейший восторг.

– Почему вы думаете, что война скоро начнётся, мистер Кулард?!

– А вы разве не чувствуете это в дыхании ветров, в стуке дождя по стеклу, – продолжал он. – Природа словно говорит за нас, шлёт нам знаки, но мы в своей гордыне игнорируем их. Словно уже решили, что стали повелителями мира. Подставьте лицо дождю, закройте глаза, и вы тоже почувствуете это.

– Я обязательно так и поступлю, мистер Кулард. Но ваши слова встревожили меня. Кроме законов природы мы живём среди людей и государств. Что же натолкнуло вас на мысль, что в центре старушки Европы разразится война?

– Кто говорит о центре, мадемуазель Офелия, – он пригубил кофе и кивнул официанту с благодарностью. Когда тот удалился, он продолжил: – Всё начнется на окраинах Империи. Возьмите Балканию. Это же пороховой погреб. Нужна лишь искра, чтобы полыхнуло.

То, как он говорил, спокойная уверенность действительно вселяла в Офелию страх. Мирная беззаботная жизнь, протекающая рядом с ней, показалась не такой спокойной. Она едва не поддалась желанию убежать и спрятаться. Венеция больше не казалась ей прекрасной и романтичной. Зажглись фонари, афиши и город превратился в яркую картинку.

– Позвольте, я провожу вас, – он поднялся, предложив ей руку. Подумав, она приняла приглашение.

– Великолепно здесь было до ваших предсказаний, мистер Кулард, – Офелия скептически вздернула бровь. – А теперь мне хочется выехать из гостиницы и отправиться на другой континент. Подальше от картины, нарисованной вами.

– Может, это будет правильным решением, мадемуазель Офелия, – он неожиданно показался ей грустным, но это видение продлилось буквально секунду, и в следующее мгновение он снова улыбался.