Время для стали

Да и вообще странно, что он чувствует себя относительным живчиком, ведь днём припекало так, что на спине можно было яичницу жарить.

Не принесли положительных изменений и первые сумерки. С наступлением темноты из подвала здания послышалось приглушённое тарахтение генератора, после чего по периметру крыши зажглось множество ярких, освещающих прилегающую территорию фонарей. Хотя нет, всё же имелось и хорошее: стало прохладно, а после и откровенно холодно.

Темнело. Ненавистное солнце окрасилось в медно-красный цвет и начало тонуть в песке на… Да хрен знает где оно начало тонуть, компас то здесь не работает, пусть будет на западе.

Наконец темнота захватила мир окончательно, не сумев сожрать лишь освещённое здание торгового центра, и здесь Виктор понял, что у него появились новые проблемы.

Пусть лампы на крыше светили ярко, да и три местных луны добавляли света, но всё же чуток дальше его позиции видимость была очень так себе. И вот, там, куда днём бригада мусорщиков вывалила тухлятину, началось непонятное шевеление, шуршание и хруст раздавливаемых жвалами пластиковых контейнеров.

И Виктор и рад бы был обернуться и посмотреть на любителей несвежих продуктов, да вот только боялся пошевелиться, так как охраняющие крышу подростки подошли к её краю и начали внимательно изучать происходящее. Рядом с Виктором происходящее, чтоб его!

Ночной воздух стал очень проницаемым для звуков и сейчас даже негромкие голоса хорошо слышались на солидном удалении.

– Слышь, Питон, а чё там мураши зашевелились? – наводя ствол на источник звуков, произнёс один из дозорных на крыше.

– Дык третий день с отката, завонялось, вот пацаны и повыбрасывали всякое.

– А, да, Крот же сегодня Лысого с мелкотой заряжал. Ну, блин, дебилы ленивые, не могли подальше отвезти.

– Да забей, к утру сожрут всё. И в этом районе только «крабы» по ночам беспредельничают, да и то они только на трупнину ползут.

– Трупнину?.. Слушай, а вояку то, которого Резкий зарезал, куда отволокли?

– Да не парься, он через, – здесь второй дозорный посмотрел на часы на своей руке, – через час на респ улетит.

– На хрена ты часы то таскаешь? – поинтересовался его товарищ. – Здесь же в сутках даже не двадцать четыре часа. Совсем мозги от жары пересохли?

– У кого-то может и пересохли, а кто-то Эйнштейн местного разлива. Я их на закате на нули выставляю и знаю после, что до рассвета семь часов куковать.