Время для стали

Отчего-то очень просилось слово ад.

«Да пофиг, попал и попал, решаем проблемы по мере их возникновения», – так и не выжав из себя душевные муки, коротко подытожил Виктор и вскочил с кровати.

Нос почти не болел, а напитанное ГОСТовской тушёнкой тело бурлило энергией и жаждой эту энергию применить. Здесь выяснилось, что Гена и Док уже встали, по крайне мере соседние кровати пустовали. Надев сандалии, Виктор вышел в коридор постучал в соседнюю дверь. Тишина. Открыв её, он обнаружил, что и Машенька уже встала и он, получается, самый соня.

Машенька нашлась на первом этаже: девушка убирала коридор, сметая метлой солидную кучу непонятно как просочившегося сюда песка. Увидев Виктора, она заулыбалась и промычав что-то нечленораздельное, указала на дверь в комнату, в которой вчера происходила беседа.

– Маш, а где туалет? – спросил у девушки Виктор.

Вчера он ходил по малой нужде обойдя штаб по кругу, сегодня же остатки тушёнки и галет желали увидеть свет.

Маша на этот простой вроде-бы вопрос, непонимающе захлопала глазами.

– Ну этот, нужник, сортир, отхожее место, – стал перебирать названия молодой человек.

Девушка понятливо закивала и просто ткнула пальцем в сторону двери на улицу.

«Весь мир мой дом…» – понял намёк Виктор.

Удары чего-то тяжёлого о камень он услышал ещё из коридора, выйдя же на улицу, увидел работающего напротив ангаров Хмурого. Сейчас на мужчине были одеты одни лишь засаленные штаны, отчего Виктор понял, что позавчера он отделался относительно легко: телосложением бывший браконьер обладал титаническим.

Не рискуя пока подходить к вооружённому кувалдой амбалу, Виктор вышел за распахнутые настежь металлические ворота и чуток пройдя вдоль внешней стены, сделал важное дело. Теперь главное, чтобы в эту «важность» никто не вляпался.

Испльзовав по назначению прихваченную в штабе салфетку, молодой человек натянул шорты, после чего прикрыл ладонью глаза и огляделся. Открывшаяся взгляду картина тянула по шкале однообразности на твёрдые девять из десяти. Песок… При этом песчаная гладь выглядела до неприличия ровно, хоть бы дюн каких понагнало, ан нет.