По ту сторону тени

От дальнейшей необходимости выслушивать ее необъяснимый бред меня спасли вернувшиеся с улицы друзья.

– Тебе что здесь надо? – грубо спросил у нее Сашка и рванул спинку стула, на котором она сидела. – А ну, вали отсюда!

Девица метнула в мою сторону растерянный взгляд. Она ждала поддержки. Поскольку я не изъявил ни малейшего желания прийти к ней на помощь, вздохнула и неохотно поднялась. Поправив на плече ремешок сумочки, обиженно произнесла, обращаясь к Длинному:

– Меня, между прочим, мой друг пригласил.

Сашка вопросительно уставился на меня, удивленно изогнув бровь.

– Я ей не друг, и я ее не приглашал. Она сама подошла и напросилась за стол. Просила водки.

– Как это сама? – неожиданно взвилась девица. – И вчера, значит, сама, и сегодня?!

– Ты ее знаешь? – еще раз уточнил Сашка.

– В первый раз вижу, – искренне признался я.

– И в последний, – Длинный схватил ее за плечи, развернул лицом к соседнему столику и слегка подтолкнул в спину.

– Как это не знаешь? Я же тебя знаю, – обиженно заныла девица.

– Его зовут не Артем, – ответил ей Сашка. – А с такими, как ты, он и разговаривать не станет, ясно? Убирайся отсюда, дуй в свой мир шалав и неудачников.

Девица сдалась, рухнула на свой стул и обиженно сунула в рот соломинку, демонстративно отвернувшись от нас к окну. На этом инцидент исчерпал себя, оставив в душе легкий неприятный осадок. Мы вернулись к пустой беседе, но настроение испортилось окончательно.

104

В детстве я был чувствительным ребенком, эмоциональным. Но никто вокруг этого не замечал и не понимал. Меня считали капризным. Мое беспокойство по тому или иному поводу взрослыми воспринималось как вызов. Нередко меня наказывали, хотя бывало, что причины наказания толком объяснить никто не мог. Возможно, поэтому мне никто ничего толком и не объяснял. Должно быть, взрослые просто хотели продемонстрировать свою силу и превосходство, рассчитывая на то, что я чему-то научусь и не запомню, как проходил урок.

Трудно забыть несправедливую обиду.

Единственный урок, который я отлично усвоил для себя с тех пор – если не хочешь, чтобы сильные тебя наказали, скрывай от них истинные мысли и чувства. По крайней мере, если это не вступает в противоречия с твоим внутренним эго. Скрывай до тех пор, пока более сильные не начнут думать так, как думаешь ты.