Проект «АДА»

Картина, которая изменила всю мою жизнь и дала ответы на мои вопросы, не покидавшие меня с того момента, как я побывал в том зловещем подвале рядом с общежитием. Свет фонаря освещал Марию. Боже! Она была подвешена за руки и за ноги к углам стыка стен. Голова лежала поникшая на груди, а волосы, длинные и рыжие волосы, закрывали её обнаженную грудь. Она была выпотрошена, полностью. Все её внутренности лежали на полу, включая сердце и легкие. Не было надрезов на теле, а крайняя плоть была вся порвана. Создавалось впечатление, что кто-то вырывал все внутренности из неё, либо изнутри что-то вырвалось.

Будто вспышка вселенной произошла в одну секунду в моей голове, и воспоминания проносили длинным паровозом, стремительно и быстро. Я вспомнил то, что мой мозг пытался забыть окончательно и бесповоротно, защищая моё сознание. Я вспомнил своего брата, как мы стояли в том подвале, в той комнате. Этот ужасающий крик и маленькую девочку, которая стояла передо мной. Короткие обугленные волосы, разложившееся лицо, которое не имело кожи.

Только лицевые мышцы, в которых копошились трупные черви. Изо рта вместе с черной, вязкой слюной, высовывался язык, который как будто бы играл со мной.

Она стояла рядом с моим братом, в длинном черном платье, обрамленном белой бахромой, обгоревшем и будто бы прилипшем к костям и остаткам плоти. Я стоял и внемлил её словам, она подвигла меня убить его. Убить собственного брата. Она пробудила во мне самые страшные и гневные эмоции. Поддавшись которым, я раскроил ему череп.

Я бил его и бил, первым, попавшимся под руку камнем. Бил с жестокостью, оставляя лишь вместо его головы кровавое месиво из костей, крови и мозгов. Небольшие части разлетались по комнате от каждого удара. Я сидел коленями на груди и дробил камнем череп, пока от его головы не осталось ничего. Камнем я расплющил его глазные яблоки и отрезал язык. Затем кто-то сзади ударил меня по голове.

И моя жена, Мария, господи! Я убил её. Мой разум показывал мне воспоминания, как я ударил её, чтобы она не сопротивлялась.

После чего, за волосы, длинные и рыжие, я волок её сюда, в эту скрытую комнату. Привязал её руки, после чего начал потрошить, разделывая плоть ногтями, яростно и быстро, пока не удалось проделать дырку в её животе, и все кишки не вытекли на пол. Она еще была жива и визжала от боли, всхлипывая и моля, чтобы я прекратил. Она вопила и дергалась, пытаясь вырваться.

Но это продолжалось недолго, из-за потери крови она замолчала.