Страсти по Белке

– Стой, дурында, – соседка схватила меня за рукав куртки, – первый твой приходил сегодня. Просил передать извинения за тот вечер и еще просил передать сумку. Сказал, что больше на глаза показываться не будет.

– Антон?! – всплеснула я руками. – Так это он мою сумку взял!

– Ну, а кто? – бабка прикрыла рот рукой. – Маш, ты, что, такая зверина-то? Он же побитый весь, живого места на нем нет. Этот, второй, его отметелил? По твоей новодочке? Из-за сумки?

– Никто его не метелил, – возмутилась я. – Во всяком случае, мы к этому отношения не имеем.

– Сказочница, – начала бубнить бабка. Она спустилась к подвальной двери и, отперев ее, скрылась в темноте, продолжая бубнеж: – Чего врать? Сказала же, что о похождениях твоих буду молчать.

Через пару минут Алевтина Ивановна вынырнула обратно. У нее в руках был грязный пакет.

– Вот держи, – сказала она, вынимая сумку из пакета. – Я тут подумала, а может это третий первого побил?

– Какой еще третий? – спросила я, проверяя содержимое ридикюля. На удивление все содержимое было на месте.

– Эх, Маша… – вздохнула старушка и сделала сострадальческое лицо, – тебе не стыдно? Куда тебе столько мужиков? Ты в них даже путаешься. Третий, это который приходил позавчера. Здоровенный, под два метра ростом. У него еще стрижка тифозная, а на шее тату. Червяк с усами.

– Не понимаю о ком речь… – мотнула я головой. – Вы, наверное, что-то напутали. Скорее всего, парень приходил к соседке. У меня такие даже в знакомых не ходят.

– Ой-да, – прищурилась бабка, – не ври.

– Алевтина Ивановна, – взмолилась я, – помилуйте, я совершенно не пойму, о чем вы?! Вы правы в одном, кто-то обогатил дядь Вову спиртным, но скорее всего, это друзья-знакомые или бандиты какие-нибудь, что позарились на его квартирку.

– Дурында, – кинула старуха и быстрыми шагами понеслась к подъезду.

Немного постояв у машины, мы поднялись в квартиру. В двушке носился «аромат» перегара. Кругом царил беспорядок.

Дядя Вова дрыхнул на полу в ванной.

– Ты живой? – спросила я, расталкивая родственника. – Вставай.

– Хто здесь? – проскрипел алкоголик. С трудом он разлепил отекшие веки. – Че пришла?

– Вообще-то живу тут, – помогая встать, сказала я.