Искусственный – не значит мёртвый

Когда тем, кто хотел попасть внутрь это почти удалось, сотрудник решил действовать и с разбегу начал биться в окно головой! Стекло медленно трескалось. Уже было понятно, что произойдет дальше. У мужчины получилось разбить окно своей головой, он поранил лицо, текла кровь. В тот момент, когда сопротивление двери было подавлено, в комнату ворвалась служба безопасности, они схватили мужчину и оттащили в угол комнаты. Повалили его на пол и держали. Он вырывался и открывал рот в беззвучном крике, звуки практически не доносились до меня.

– Блин, что там происходит, неужели это очередной нервный срыв? Это не мое дело, нужно возвращаться к работе, – подумал я, немного присев около окна, но всё еще смотря в него. – Нежелательно чтобы кто-то заметил, что я видел это, – думал я, снова вглядываясь в окно где всё это происходило.

Я увидел ка один из сотрудников службы безопасности посмотрел в окно. Он направил взгляд в мою сторону. Я резко ушел вниз, присев. Сердце забилось быстрей, надеюсь он меня не увидел.

Так вот почему окна в наших офисах не открываются, иначе бы обезумевшие люди пачками выбрасывались на потеху таким сотрудникам, как тот, которого я встретил в начале дня. Я слышал много раз о подобных случаях, но впервые вижу это собственными глазами. Интересно, сколько он уже тут работает, судя по всему большую часть своей жизни. Нужно работать усерднее, и я не задержусь тут так надолго. Немного успокоившись, я сел за стол и продолжил работу.

Перед обедом в кабинет заходили новые коллеги, приветствовали и поздравляли с должностью. Я думал: почему они все такие доброжелательные? Ведь корпорация – это как клубок змей, по крайней мере, такой я её видел все пять лет работы. Тут было не принято радоваться повышению коллег. Ответ был ясен, заходить в чужие кабинеты можно было только по рабочим делам, но бывали и исключения, «добрая» корпорация позволяла заходить к коллегам по праздникам и дням рождения, а также чтобы поздравить с повышением.

Я конечно же не запомнил всех коллег, хоть их было и не так много. На более высоких этажах, где теперь работал и я, люди делились на коллективы, в отличии от рабочих армий в сто-двести человек в одном огромном помещении на нижних этажах. Там не требовалось какого-то взаимодействия между людьми и личного знакомства, достаточно было, чтобы люди друг другу не мешали работать.