Серебряный меч. Гринтаунский турнир

Бальтес двумя руками толкнут Лайкерса к стене, и прижал его к ней.

– Так, чтоб завтра был конь! – сказал Бальтес.

– Где я тебе его возьму, говорю, я дал его брату, брат на нём ускакал. Когда прискачет, тогда я дам тебе твоего коня.

– Хорошо, но учти, я буду приходить каждый день.

– Зачем? Я же сказал, что я верну коня, как только мне вернёт его брат.

– Ты говоришь «вернёт». А если нет?

– Он просто не может не вернуть, – ручался за Клорса Лайкерс.

– Ты так уверен?

– Абсолютно, он всегда всё возвращает.

– Всегда?

– Да, всегда.

– О, что-то вспомнил Бальтес, – ты, кажется, спрашивал, зачем я буду приходить каждый день?

– Да, зачем?

Бальтес сильно ударил Лайкерса по животу, Лайкерс упал и свернулся калачиком. Тогда сын Маниеса сказал:

– Что бы сделать это.

Сказав эти слова Бальтес ушёл.

Лайкерс встал, отряхнулся. Он закрыл дверь и сказал:

– Ну, Клорс! Я тебя убью.

Глава 2

Людская Долина.

– Это я виноват, – горевал Демиран, – это всё из-за меня.

– Да не вини себя, – сказал своему сыну Клорс.

– Её нужно придать земле, – вздохнул юноша. Казалось, что он вообще не обращал никакого внимания на слова отца.

– Нет, – возразила Атосия, – она родилась в Людской Долине и должна быть похоронена по традициям той земли, где сама родилась.

– Что-то я не понял, она будет здесь так и валяться? – спросил Демиран.

– Нет, – Багак стал пояснять, – тело три дня будут держать в ледяной воде, можно даже сказать, и во льду. Потом, в следующие три дня её надо будет бальзамировать, то есть мазать каким-то раствором.

– Зачем её чем-то мазать, если она всё равно окажется вне поля зрения? – ничего не понимал юноша.

Атосия пояснила своему сыну:

– Считается, чем дольше она будет выглядеть, как и была до смерти, тем дольше не будут гневаться её предки.

– Ну и ерунда, – сказав это, Демиран подошёл к Элис, поцеловал её в лоб и направился к двери.

– Ты куда? – спросил Клорс.

– Мстить, – хладнокровно ответил Демиран и вышел за дверь.

– Но ты бы, хотя бы оделся, – позвал своего сына Клорс.

Демиран вернулся.

– Хорошо, – сказал он.

Мать ему дала льняную белую рубашку. Юноша быстро одел её.

– Невелика? – спросила Атосия.

– В самый раз, – ответил Демиран, – всё. Мне пора идти.

Демиран вспомнил про меч, который совсем недавно отбросил. Впервые, он его чуть не забыл.