Штрафбат для Ангела-Хранителя. Часть вторая

– Да держу же! – ответил тот чуть не плача, отвернувшись в сторону и зажмурив глаза.

Выдернул, выдохнул. Из раны толчками шла кровь. Но с каждым ударом её сердца струйки крови становились всё тоньше и тоньше, и наконец, совсем иссякли. Раны на животе стали медленно затягиваться.

– У тебя есть, чем её перевязать-то? – всё ещё отвернувшись, прохрипел Паша-танкист.

– Не надо меня перевязывать! – она, вся побледневшая, в упор посмотрела на Андрея, – остался ещё один осколок. Ты должен его вытащить!

Пот из под шлемофона буквально лился водопадом.

– Вытащу. Где он?

– Он там, ниже – она показала глазами вниз.

– Где там? – переспросил он, посмотрев вниз, на её окровавленный низ живота, и холодея от страшной догадки.

– Да, там, внутри, – она закрыла глаза, – спускай ниже комбез и вынимай осколок.

Трясущимися руками он спустил ей комбез ниже бёдер. На ней остались только кальсоны, насквозь пропитанные кровью.

– Снимай, чего застыл? – глаза её бешено смотрели на него в упор.

Как в дурном сне, ощущая, что руки действуют помимо его сознания, он стянул с неё и исподнее. От непривычного и фантасмагорического зрелища невольно зажмурился: её красивые, голые бёдра так неестественно смотрелись на этой грязном брезенте, положенном на землю, перемешанную со снегом.

– Так хватит? – он не узнал свой голос.

Она с трудом подняла голову:

– Хватит… У меня осколок там… справа… внизу… сбоку.

– Господи, да где же?! – он в панике уставился на небольшой тёмный треугольник внизу её живота, весь покрытый сгустками начавшей сворачиваться крови.

– Там, где находится аппендикс… – тяжело дыша, она приподняла голову, – справа, в самом низу… Что, анатомию в школе… не учил? Лезь туда… и нащупай там… осколок.

Андрей стиснул зубы, кивнул и молча стал отмывать снегом с этого места сгустки крови. Он увидел входное отверстие – оно было с рваными краями, и очень большим, как приоткрытый рот.

Собравшись с духом, лейтенант решительно сунул в неё концы узкогубцев… Он держал инструмент осторожно, самыми кончиками пальцев, целиком полагаясь на тактильные ощущения: вытащив из её тела уже два осколка, он понял, как чувствуется момент касания об осколок кончиками инструмента.