Штрафбат для Ангела-Хранителя. Часть первая

– Не бойся, пуля во мне – сказала она, как будто услышав ход его мысли, – она тебя только кончиком ткнула. Вот, всё, видишь – хоть и больно, но кровь уже почти не идёт, – она отняла ладошки от его раны, и он с удивлением увидел, что действительно, кровь остановилась и ранка на самом деле совсем смешная, с широким входом и глубиной в сантиметр. Однажды в детстве, он, играя, случайно наступил на доску с торчащим большим гвоздём. Слава Богу, кончик гвоздя выглядывал из доски совсем чуть-чуть, на сантиметр-полтора, и ранка получилась хоть и очень болезненная, но неопасная – широкая и неглубокая.

Увлёкшись созерцанием своего ранения, он не заметил, что она, отвернувшись от него, распахнув свою шинель и расстегнув у себя спереди гимнастёрку, задрала вверх тёмную армейскую майку, стала что-то делать. Видимо у неё это не очень получалось – она болезненно стонала, сопела и явно нервничала.

– Не мешай, отвернись, я сейчас, вот только пулю вытащу.

– Пулю?!

– Да, пулю, вот она тут торчит.

Многое он повидал на фронте, но чтобы человек, смертельно раненый, с пробитым лёгким, был способен оказать помощь другому раненому, да ещё и пулю сам себе из груди вытаскивал – это был уже перебор. В такое не верилось в принципе. Он с трудом приподнялся, сел, переместился поближе к ней, и решительно недоумевая, тронул её за плечо:

– Дай-ка посмотрю.

– Не смотри, я стесняюсь! – она сделала попытку отодвинуться от него.

– Дура, я же помочь хочу!

– Не смотри, я сказала! – крикнула она ему сердито, – сама справлюсь!

Лейтенант, конечно, слышал про врачей-кудесников, ставивших на ноги смертельно раненых бойцов, но эта девочка на такого чудо-доктора явно не была похожа. Повернувшись к нему спиной, она что-то там тянула, ковыряла и при этом плакала от боли.

– Дай посмотрю.

Увидев то, что она скрывала от него, он невольно сглотнул: её окровавленная майка была поднята под самую шею, а из девичьей груди, на пару сантиметров ниже соска торчал окровавленный носик немецкой пули калибра 7,92мм. Вся грудь и живот были залиты кровью.