Легенда

Олег еще несколько минут проверял места вероятных тайников, в них могли оказаться как записи, так и наркотики. Но не нашел ни того, ни другого.

– Однако же титан… – наконец задумчиво пробормотал он, понимая, что упускает из виду что-то вполне определенное и мало того – лежавшее практически на поверхности.

Он откинулся на спинку кресла и принялся медленно крутиться на нем, оглядывая комнату. Спустя минуту дверь приоткрыл Лазарев.

– Сергей, – окликнул его Костырев. – Ты или Вика забирали что-нибудь из этой комнаты?

– Нет, я ничего не брал, – отозвался тот.

 – А Вика, может быть. Точно не знаю. Я сейчас разбужу ее и спрошу. Она задремала…

– Не нужно, – Олег встал с кресла. – Я посмотрю сам, если ты не против.

– Конечно, нет, – Лазарев пропустил его в дверях. – Ты что-нибудь нашел?

– Нет, – Олег сразу же прошел в спальню Лазаревых. Вики здесь не было. Но на прикроватной тумбочке лежала толстая тетрадь в переплете из черной кожи.

Олег взял ее в руки, тетрадь оказалась тяжелой как кирпич, и пролистнул всю, одним движением перекидывая по нескольку десятков страниц.

Примерно до половины они были исписаны незнакомым бисерным почерком, а после уже шли записи каллиграфически совершенные. Олег улыбнулся появившемуся в спальне Сергею и вернулся в комнату Ивана.

Как оказалось, он нашел записи Никиты Лужина. Они не были дневниковыми, скорей всего Лужин намеренно сделал их для племянника и начал он это делать, когда мальчику едва исполнился год. А когда Иван подрос, он подарил ему тетрадь на двенадцатый день рождения.

Но первую запись Иван сделал в ней, когда ему исполнилось шестнадцать.

Олег вплотную придвинулся к столу и углубился в чтение. Он слышал, как Лазарев несколько раз осторожно приоткрывал дверь в комнату, по нескольку секунд ждал, что Олег оторвется от чтения, и снова уходил в гостиную.

Спустя полчаса Костырев оторвался от чтения и осторожно закрыл тетрадь. По крайней мере, теперь он понимал, что погибший подросток отнюдь не был самородком. Своим образованием и устремлениями он должен был скорей всего не семье и не школе, а своему дяде – Никите Лужину.

Олег захватил тетрадь и прошел в гостиную.

Сергей читал газету, Вика дремала, положив голову ему на колени. Лазарев был в очках, но как только в комнате появился Олег, проворно убрал их в карман рубашки, словно стеснительный пятиклассник. Олег сел в кресло рядом с ним и произнес вполголоса:

– Сергей, я нашел кое-что любопытное и хотел бы взять это на время.