Демоны Вебера

Интересно, это торговля оружием наложила на Барона свой отпечаток, или он всегда бы таким?

Под самый конец рассказа, прямо позади предсказателя звучно треснула ветка выдавая приближающегося Блица, что все это время неподалеку зашивал прорехи в рубахе старой костяной иглой. Будучи малограмотным и не самым проницательным слушателем, к тому же пропустив начало истории, юноша беспечно принял все услышанное за странную байку. Присоединившись к обществу обеспокоенного рассказчика и его усатого слушателя, парнишка поспешил немедля встрять в разговор:

– Так, а что это за история такая?

– Если не повезет, то наша эпитафия, – угрюмо пошутил Верго дивясь собственному цинизму.

– Это как-то связанно с теми страшными собаками? – Блиц благополучно пропустил комментарий предсказателя мимо ушей, по всей видимости даже не осмыслив его сути.

– Нет, собаки на этот раз нам не угрожают. Ты вот что, парень, надень какие-нибудь перчатки, да прикрой получше шею.

– А это зачем? – по-детски удивился юноша совершенно не сопоставляя просьбу с только что услышанной историей.

– Ты жить хочешь? – встрял Голдберг допивая содержимое своей чаши.

– Хочу.

– Тогда делай что велено и не задавай лишних вопросов, – раздраженно приказал Барон, силясь очистить пропитавшиеся супом усы.

Порывшись в своей походной сумке, Вебер выудил несколько пузырьков с красной мутноватой субстанцией, тщательно запечатанной восковыми пробками. На крошечных емкостях, изначально предназначенных для микстур, отсутствовала какая бы то ни была маркировка.

– Я тут подумал, это должно помочь. Когда отбиваться от летучих мразей станет совсем уж нестерпимо, облейтесь этим. Это настойка из Пасцилина, она на спирту, а оттого надолго ее не хватит – испариться минут за пять-десять.

– Зачем вы их с собой носите? Вы употребляете нефильтрованную настойку из Красного Гриба? – Вмиг нахмурился Барон.

– Сугубо в медицинских целях, – молниеносно ответил Верго, прекрасно понимая, что в настолько очевидную чушь никто в здравом уме не поверит. Он надеялся лишь на сдержанность и благоразумие Барона, что не позволят продолжить неудобные расспросы.