Связка ключей. Тайная комната

– Щас, – я выкрутился из её смешного захвата, – только в туалет схожу, – пробурчал я, – а ты давай организуй всё в кратчайшие сроки, – я запнулся на полуслове, – короче ты сама всё знаешь, и надо позвонить этому козлу, сказать, что мы уезжаем сегодня.

– Я позвоню Вова, иди спать.

Таким макаром я отправился спать, надеясь, что подремлю пару часов.

***

– Вова вставай, – Ники толкнула меня в бок, довольно бесцеремонно и говорила очень громко, – до самолёта четыре часа.

– Ты чо, – я подпрыгнул, – ты нафига так делаешь? – я сел на кровати, растирая лицо.

– Как? – искренне удивилась сестра, – слишком громко что ли?

– Ники, всего четыре часа, мне только подпоясаться что ли? – нервничал я спросонья, взглянул на стену, часы показывали полдень, я смачно поспал, приструнил сам себя и спокойнее продолжил, – позвонила ему?

– Позвонила, – недовольно сказала она, – представляешь, он сказал, что-то типа: вот уедете, тогда будем говорить.

– Ему что из аэропорта позвонить? – буркнул я и пошёл в ванную.

– Похоже из Испании, – сказала она мне в спину и я развернулся.

– А хрена лысого ему не надо? – злость волной разлилась во мне.

– Вова он все равно узнает куда мы улетели, – она опустила голову.

– Да, – вдруг ко мне пришло понимание, – об этом нужно было подумать сразу, все мы задним умом крепки, – вспомнил я любимое папино выражение, махнул рукой и пошёл умываться.

***

Такси мчало нас в аэропорт.

Самым сложным оказалось объяснить папе почему мы уезжаем. Ники взяла на себя эту миссию и я видел её разговор с отцом по телефону. Видел выражение её лица и слёзы после разговора. Она выбрала самый простой, на мой взгляд, вариант, заявив, что мы полетели за универсальным противоядием, и нам непременно нужно быть вдвоем. Тупая, нелепая отмазка, но папе похоже было уже всё равно. Он вроде даже ничего не ответил.

Ники продолжала плакать. Водитель косо поглядывал на нас в зеркало заднего вида.

Руки всё сделали сами. Я держал сейчас перед собой распечатки бухгалтерских книг деда.

Наконец-то мои руки дошли до них. Сколько раз я себе это обещал? Я принялся читать.

Ну надо же, как любопытно. Если первый лист был испещрен всего лишь записями пивного производства, то дальше шло что-то совершенно невообразимое.