Необычный Рюрикович

– Тьфу на тебя! Ты еще напомни по какой причине наши предки оказались в Диких Землях и как к нам относятся аристо! Я это знаю и без тебя. Для Империи мы все изгои, но и здесь по сравнению с большинством наша жизнь не сахар, так хотя бы дай помечтать.

– Смотри не переусердствуй, а то еще поверишь в наличие избранности и потенциала, раскрыть который мешают внешние обстоятельства. Любители фентези представляют себя на месте аристо, искренне считают, что они этого достойны и можно подняться по жизни, не прилагая усилий.

– Хм, в это что-то есть, – поддерживает меня Андрей Светлов, – помните нам на истории рассказывали, что в любой стране аристократов не более 10% наберется от общего количества населения, а обычно и того меньше. Ну а высшей знати, в чью тушку вселяется попаданец, набирается не более 2—3% от всей аристократии, то есть одна десятая процента, а то и меньше от всего населения. Так что шанс угодить в тело забитого крестьянина, сироты-бродяги куда выше будет, получим такую же жизнь как сейчас.

– Хуже, – хмыкает Наталья Павлищева, – там рожденный простолюдином аристо стать не может, если только охренеть как не выделиться, но нам этого точно не светит, а здесь хотя бы шанс на нормальную взрослую жизнь у нас есть.

– Эх вы, – поперхнулся от обиды Валентин, – я так старался, раз вам наплевать не буду ничего рассказывать.

– Ладно-ладно, – примирительно отвечает Наталья, смягчив тон, – мы не хотели тебя задеть. Ты же знаешь Дмитрия, он всегда ворчит.

– Чего приуныли школота? – раздается голос нашего директора детдома.

– Товарищ Черненко, – дружно подпрыгиваем, вставая на ноги, – да у нас тут спор вышел.

Дальше пересказываем ему суть наших пререканий, которые надо признать случаются уже не в первый раз. Немного призадумавшись, единственный взрослый выдает удивительную сентенцию:

– Они оба правы.

– Это как?! – хором издаем удивленный вопль.

– Фантазия развивает воображение, способствует построение и пониманию нового, без нее невозможно создавать теорию будущего или если рассуждать более приземленно, невозможно создавать новые объекты, вещи, технику. В конце концов, о роботах мечтали еще с древности, и тогда это казалось абсолютно неправдоподобным. Технологии, которые мы используем сейчас, сто лет назад считались бы фантастикой на покинутой нами Земле.