Необычный Рюрикович

– Курсанты помните, что вы будущие воины, поэтому ведите себя достойно, с пафосом вещает Снегирев по прибытию, а затем, выждав паузу, уже другим тоном прибавляет, – главное не попадайтесь! А теперь свободны.

Упрашивать нас не надо, мы и сами готовы по полной вознаградить себя. Держись, Лагаш!

Глава 4

– Ну что пойдем наконец на море, третий день как здесь живем.

– Хочешь прекратить водку пьянствовать и безобразия нарушать? Непорядок, выпивки еще вагон, а закуски еще больше.

– Да вы издевайтесь, я на море несколько лет не был.

– А я вообще ни разу не был, только на речке плавал.

– Ладно мы первый день размещались на базе, много времени заняло, потом вечер, плавно переходящий в утро, потратили на обмывание отпуска, но сейчас не пора бы прерваться.

– Правильно водка не единственная радость в жизни!

– Да есть еще пиво и брага.

– Нет, есть еще девчонки красивые и на пляже полуголые.

– Тебя бы не остановило, будь они в паранджу замотанные.

Продолжая переругиваться, выдвигаемся в сторону пляжа, но он оказывается забит под завязку, ногу негде поставить.

– Здесь места нет, не разместимся, – резюмирует Лемехов, – айда на городской пляж.

Разворачиваемся и идем в новом направлении, но до цели не доходим, останавливает крик «Наших бьют!». Впереди разворачивается драка, к которой присоединяются все новые и новые участники: Студенты сцепились с курсантами.

– Надо помочь, – подрывается Светлов.

– Вляпаемся – отчислят, тут везде камеры на деревьях, – останавливает его Лемехов.

– Своих не бросает, – горячится Андрей, которого поддерживают остальные.

Вмешаемся – есть риск попасть под каток правоохраны, пройдем мимо – будут презирать остальные курсанты и не только они. Другие военные такое тоже запомнят.

– Замотаем майками низ лица, тогда не опознают, – выдвигаю предложение.

Сказано-сделано, через минуту присоединяемся к драке, раздавая удары налево-направо и получая взамен. Подготовка к рукопашке у нас лучше и когда к месту событий подтягиваются новые резервы, мы тесним студентов, но победить не успеваем, раздается крик: «Теряйся!», заглушаемый трелью свистков и ревом сирен подъезжающих блюстителей спокойствия.