Пульс большого города. Книга первая

Работа там не сказать что легкая: разгрузить, погрузить, упаковать, перенести. Но деньги в конце дня, и больше, чем платят там, мне не заработать. Многим деньги дают родные, дяди или тети, а у меня никого не было, кроме мамы, которая не сильно-то меня и любила, я даже не знаю, где она работает, ходит куда-то по вечерам и поздно возвращается, а бывает, что и под утро. Да мне не слишком-то и интересно, мы практически не разговариваем. Она не знает обо мне, а я не знаю о ней, так и живем последние пять лет, как она забрала меня из детского дома.

Единственное, что я знаю, это то, что пока я был в детском доме, она чалилась где-то, а воспитатели мне говорили, что моя мама погибла при родах, видно, не надеялись даже, что она вернется за мной.

Дома, естественно, постоянно ругань и скандалы, то из-за ее ухажеров, то из-за того, что я пьяный пришел или в школу вызывают за прогулы. Из-за всего негатива я домой приходил только переночевать, и то если у друзей нельзя остаться.

Пару дней назад я пришел домой под вечер и сразу направился к себе в комнату.

Через стену я услышал, как на кухне плачет мама. Я долго пытался специально не слышать, но у меня не получилось.

– Что случилось? – спросил я у мамы, сделав вид, что пришел на кухню попить воды.

– Ничего, пошел отсюда!

На кухне было все в дыму, вытяжка не справлялась, я открыл окно и собрался уже уходить, как вдруг…

– Сядь, – буркнула мама.

Я сел, не понимая, что она хочет от меня.

– У тебя деньги есть?

– Зачем тебе?

– Есть или нет?

– Сколько?

– Много!

– Сколько? – уже спокойным голосом повторил я.

– Сорок тысяч рублей.

Да, сумма была весомая, столько денег у меня не было.

Она опять заплакала и продолжила говорить:

– Если я не найду деньги, то меня опять посадят, и посадят надолго, а тебя опять в детский дом.

– Мне восемнадцать скоро, никто меня не отправит в тот ад, там своих бесов хватает.

Она опустила голову, понимая, что запугать меня у нее не получилось.

У себя в голове я проматывал обиды на нее и все, что она делала, и понимал, что я не хочу ей помогать. Если она опять сядет, так мне будет лучше, а ей хуже, и она получит то, что заслужила. Но сердцем я понимал, что не могу так сделать, по ее глазам было видно, что она не хочет туда возвращаться и пережить еще раз то, что там было.

Я пообещал найти деньги и дать ей, она сразу гордо пообещала, что вернет, но я в это не верил.