Дымовое древо

– Что ж, мы, несомненно, можем обеспечить вас одним экземпляром.

– Гмм, ладненько.

– Католики не особенно держатся за Слово Божие, как это делаем мы, остальные, верно?

– Не знаю. Не знаю, как делаете вы, остальные.

– Мистер Сэндс, чем я вас обидела?

– Я дико извиняюсь, – ответил он. – Дело вовсе не в вас. Просто я веду себя несколько нелюбезно и должен устыдиться.

Извинения растрогали Кэти. Она решила проявить немного благосклонности.

Сэндс сказал:

– А кто это там идёт с мэром Луисом? Копьё вон тащит…

Она заметила, что по широкой дороге, покрытой слежавшейся грязью и неглубокими лужицами, и впрямь идёт мэр с двумя каким-то незнакомцами: сам Луис – в своей белой спортивной рубашке, развевающейся, будто платье муу-муу[35 - Муу-муу – одежда гавайского происхождения вроде сарафана свободного покроя, свисающая с плеч.

– О, Господи, – простонала она и позвала: – Луис! Господин мэр!

Кэти встала, и Шкип Сэндс последовал её примеру.

– Вот она, вот она, – сказал мэр. С его приходом окончательно спустились сумерки, будто бы шлейфом притянулись вслед за ним. Во тьме поблёскивал огонёк сигареты. – Кэти, – произнёс мэр, – это весьма прискорбно.

В этот миг она уже не помнила, таила ли раньше хоть какую-нибудь надежду.

Казалось, мэр Луис обращается к Шкипу:

– Мне крайне печально, что об этом сообщаю именно я. Но, к сожалению, я всё-таки мэр.

Мэр протянул ей кольцо, и она выронила белый платок американца, чтобы принять его в ладонь.

– Кэти, сегодня вечером нам всем очень печально.

– Что-то не могу рассмотреть, есть ли на нём надпись.

– Вот она. Мне так грустно, что приходится доставлять вам это доказательство.

– Что уж тут поделаешь?

– Да-да, – кивнул Луис.

Кэти сжала перстень Тимоти в ладони.

– Что же теперь? Что мне с ним делать?

Она надела его себе на правый указательный палец.

– Не буду вас больше задерживать, можете идти, – сказал Шкип.

– Нет, не уходите, – схватила она его за руку.

– Это воистину трагично, – заметил он.

– Пойдём, Кэти, – сказал мэр. – Шкип выразит свои соболезнования позже.

Младший из спутников мэра бросил окурок в лужу.

– Мы совершили для вас долгое путешествие.

Теперь им нужно было заплатить.