Беглецы

Первым откликнулся на вопрос оператора Пантелей, он как раз сидел рядом с оператором-хронистом и до него быстрее, чем до остальных, дошёл смысл задаваемого вопроса. Он попросил Венца сделать потише грустные вопли Бутусова о потере единственной любви в коварном огне и ответил:

– Здесь одна история случилась, три дня назад. Помнишь, мы в пивнухе на Ухтомской сидели?

– Ну?

– Гну, ёпт. Там за соседним столиком сидел парень с девкой, намалёванной как на свой последний трах в жизни. Мы его знаем, он в соседнем доме живёт.

– Ну?

– Блять! Не беси меня, Джимбо! И не перебивай, сейчас всё расскажу….

Четверо пацанов стояли около входа в подвал дома, в котором жил один из них и в котором они обустроили себе логово. Они пили баночное пиво и внимательно наблюдали за тем, как в пятидесяти метрах от них около подъезда соседней девятиэтажки мужчина лет двадцати пяти тщательно протирал замшевой тряпочкой свой новенький внедорожник.

– Слышь, Кольцо, шикарный агрегат, а? – заметил Поводырь.

– Ага, по-моему, он ему совсем не подходит.

– Ты этого мажора знаешь? – спросил Поводырь, обращаясь к Пантелею.

– Знаю. Это Костя у него отец обувью занимается. Имеет сеть магазинов.

– Кто кого имеет, это мы позже разберёмся. Кроме папы, родственники ещё есть?

– С женой в разводе. От неё ребёнок есть, мальчик трёх лет. Он его каждые выходные к себе забирает.

– Ситуация ясна.

С этими словами Поводырь пошёл к человеку, который так самозабвенно, пока, ухаживал за своим железным другом.

– Салют! – первым поздоровался Кольцо.

Остальные встали полукругом около правого крыла автомобиля, которое как раз усиленно надраивал Костя.

– Привет, – разогнувшись, сказал Костя и повернулся к парням.

– Смотрим, тачку шикарную приобрёл… прямо загляденье, – продолжил Пантелей.

Костя посмотрел на него, потом – на других, но ничего не ответил. Он был намного старше их и всё же сразу послать их куда-подальше не решался. Он чувствовал – парни на взводе, да и об их ежедневных подвигах на районе краем уха кое-что слышал. Проблемы ему были не нужны, но и разговаривать с этими упырятами ему было не о чем. – «Повертятся и отвалят», – так он думал.

– Чего молчишь? Уши утром забыл помыть? – включился в разговор Венц.