Не всех ждет реквием в конце

В зале ожидания было оживленно, тихий шум перешёптывающихся, громкие объявления, звуки кофемашины, сбрасывающей жмых, крики детей, гул от садящихся самолетов и яркий свет, – все это вызвало странное ощущение внутри него, похожее на панику, а следом появилось еще и чувство тоски.

Он встал в очередь, которая уже подходила к концу, и в этот момент из прохода в рукав хлынул, пробудивший его, холодный ветер. Теперь он думал только о том, как бы побыстрее зайти в теплый самолет.

Продвижение в салоне, как это часто бывает, шло очень медленно, к тому же, он зашел одним из последних.

Он заранее купил себе место у окна. Это место было для него самым комфортным, так ему не приходилось делить с кем-то подлокотник, из-за чего бывало так, что случались ссоры, и весь полет приходилось то и дело думать об этом конфликте, ведь в драку в самолете не полезешь и ругаться друг с другом не станешь у всех на виду, вот и приходится весь полет аккуратно сдвигать чужой локоть и сверлить друг друга взглядом… После этого выходишь из самолета злым на весь мир… Такое случилось в его жизни всего один раз, но запомнилось надолго, встретился ему однажды такой же упрямый и наглый пассажир, но в другие разы все решалось полюбовно… Да и к тому же, у окна можно было опереться локтем на раму иллюминатора и спокойно спать, и вставать каждый раз, как кому-то приспичит, чтобы выпустить, не приходилось.

Стоя в трех рядах от своего, в ожидании, пока человек, стоящий перед ним, засунет ручную кладь на багажную полку, он посмотрел на своих соседей и понял, что полет будет легким. У прохода сидел старый иностранец в вельветовом пиджаке бежевого цвета и пытливо всматривался в иностранную газету, не задействовав свои, надвинутые на лоб, очки в золотой оправе, а посередине сидела кареглазая, с небольшим острым прямым носом и высоким лбом, загорелая и чем-то опечаленная девушка лет двадцати пяти.

Он не мог оторвать от нее глаз, она была очень красива. Он смог рассмотреть ее еще лучше, когда она перевела свой взор на приземляющийся самолет и повернула голову так, что пряди волос кофейного цвета опустились на хрупкие плечи.